Био'Возрождение

Между нами было около тридцати метров, и процессия уже потихоньку приближалась к нам, когда поток пассажиров иссяк и из трюма начали выгружать крупногабаритный груз. В первую очередь – биосаркофаг с мамой.

На несколько секунд я перестала дышать и когда биосаркофаг установили на погрузчик и тот двинулся в нашем направлении, не удержалась – всем своим существом потянулась к той, что сейчас спала внутри.

Это было так странно…

Я ощутила на талии руку Ишшера и отправила ему мысленную благодарность за поддержку, но всё же большей частью сознания была там.

Внутри биосаркофага вместе с мамой. Сон, глубокий настолько, что больше похож на кому, но при этом мгновенный отклик ауры на родную планету. Потрясающе!

И тут сёстры окончательно приблизились к нам. Ирго на правах Председателя Парламента поприветствовал смущённых девушек с прибытием, уложившись всего в несколько фраз и не став мучить всех нас напыщенными речами и обойдясь без личного обращения, назвав сестёр «детьми Теола». За это я была ему отдельно благодарна.

Из последних донесений и буквально за пять минут до приземления лайнера Ишшер проинформировал меня, что при поддержке психологов девушки уже выбрали себе имена: Роэлин и Амелия, взяв фамилию матери, но пока только привыкали к их звучанию.

Во все глаза рассматривая сестёр, я отстранённо подмечала, как же мы всё-таки с ними похожи, даже несмотря на хирургическое вмешательство. Зеленоглазые шатенки ростом выше среднего с красивыми фигурами – Фрэя поленилась менять базовые исходники, обойдясь лишь мелкими чертами: скулы, губы, подбородок, разрез глаз, нос.

Миллиметр туда-сюда и уже совершенно иное лицо.

Но мимика, эмоции и реакции всё те же.

В отличие от меня, проявлявшей своенравный характер ещё в подростковом возрасте, Роэлин (первая) и Амелия (четвёртая) были куда более мягкими и покладистыми, но как и все мы смышлёными и пластичными. Не в плане движений, хотя у нас, как у клонов наследницы, были лучшие учителя во всем, а в плане умения подстраиваться под ситуацию.

Вот и сейчас обе девушки, одетые в схожие бирюзовые платья строгого стиля, с достоинством, отточенным годами, выслушали Старейшину и по очереди учтиво поблагодарили всех присутствующих за содействие в установлении справедливости и тёплый приём. Не знаю, как остальные чувствительные теольцы, а я сумела распознать за внешней отстранённостью истинные чувства: волнение, тревогу и предвкушение.

Если не лгать самой себе, я чувствовала то же самое.