Лазурь и Пурпур

- Когда герцог Ив узнает, что ты меня пытаешь, а это пытка, он разорвет нашу помолвку.

-Герцог Ив... - пропел Тан, вставая. - Ты долго спала, Кьяра.

-Как долго? - прочистила она горло, уже пытаясь стянуть браслет с руки, но застежка была какой-то мудреной, и ей никак не удавалось понять, как ее открыть.

Тан был прав: шум в голове постепенно схлынул, и сейчас она чувствовала себя так, будто пробежала несколько лиг, но в остальном — собой. И мыслить было все проще, словно кто-то, перекрывавший раньше воздух, позволил ей дышать.

-Почти сутки, - отозвался Тан. - За это время многое произошло.

-Зачем было держать меня спящей столько времени?! Где герцог Ив и герцогиня Даника?

-Далеко, - усмехнулся Тан, ставя пузырек на подоконник к минимум двум десяткам таких же.

Кьяра резко выдохнула, поняв, что это значит. Лекарь, сволочь... Она бы растерзала его прямо сейчас!

-Тан, пожалуйста, объясните мне все, - постаралась спокойно сказать она.

-Хорошо. - Тан обернулся к ней и оперся о подоконник. Его громадная фигура почти закрывала черноту окна. - У тебя была истерика, поэтому лекарь усыпил твой разум. Тебя отнесли в твои покои. Ив и Даника отбыли на праздник. Три часа назад мне пришло письмо, после которого ты и переехала ко мне. Пожалуй, я покажу его тебе, не читать же. Встань, подойди ко мне, как хорошая девочка.

Кровь бросилась Кьяре в лицо. Девушка сжала зубы до боли.

-Спинель меня обессилила, душа моя, - копируя его издевательскую манеру, ответила она.

-Лекарь сказал, ты можешь двигаться, - холодно заметил Тан. - Мне нужно проверить это до его отъезда, так что вставай.

-Мне нужна помощь.

-Нет.

Кьяра оскалилась. Ненависть придала ей сил: она села, а затем и встала, неуверенно ощутив под босыми ногами волокна ковра и радуясь, что платье было таким же закрытым и плотным, как и утром. Распрямилась, не давая Тану насладиться своей слабостью — один Свет знал, каких усилий ей стоило разогнуть спину! — и сделала к окну несколько торопливых, неровных шагов.

Не то что напасть на него, даже стоять ровно было сложно.

Мелькнула мысль об Арване, и Кьяра набрала в грудь воздуха, собираясь. Друг точно не похвалил бы ее за то, что она размазалась, находясь в опасности.

Эта сволочь пробудила ее — хорошо. Тайного языка она и так почти не знала, этот параноик зря перестраховывался. Рука скользнула за спину — туда, где за валики был обычно заткнут кинжал.