Лазурь и Пурпур

Ступал он бесшумно, и полы его одежд почти не дрожали в такт шагам, и это усиливало ощущение нереальности происходящего. Только сейчас Кьяра подумала, что так могут двигаться только очень, очень хорошие воины.

-Я сейчас уезжаю во дворец, - сказал он отстраненно. - Я заберу тебя с собой, сказав, что ты больна, если хочешь. Мне понадобится твоя помощь во дворце, и я жду, что ты будешь выполнять там мои указания.

-Безусловно, - кивнула Кьяра. Промелькнуло было сомнение в том, какие приказы может отдавать лекарь, но дворец находился далеко отсюда, и можно было сориентироваться или отказаться на месте.

-Во дворце кроме меня еще четыре лекаря. Ни один из них не должен заподозрить тебя в обмане. От этого зависит моя репутация, и я не дам тебе ее разрушить.

Дэмин взял Кьяру за руку — она вздрогнула от прикосновения теплых, сильных пальцев, — и одним движением расстегнул браслет.

-Спасибо, - прошептала она. Сразу же мир, до того словно обволакивающий ее через толстое стекло, наполнился красками, звуками и силой.

Это облегчение было таким сильным, что Кьяра даже прикрыла глаза от удовольствия, не сдерживая улыбки.

Дэмин продолжал держать ее запястье, словно и правда считал пульс. Когда Кьяра открыла глаза и встретилась с ним взглядом, в темно-синей глубине что-то промелькнуло. Лекарь чуть сжал ее пальцы:

-Ты будешь по-настоящему больна, и ни один лекарь, кроме меня, не сможет тебя исцелить, - неожиданно сказал он.

- Раз в сутки я буду подлечивать тебя и давать тебе снадобье, которое не даст болезни прогрессировать. Это и будет нашей легендой: что я ищу способ побороть происходящее с тобой, а ты не выживешь без меня.

Повисла тишина.

-Вы предлагаете по-настоящему испортить мне сердце? - уточнила пораженная Кьяра. - Вы серьезно?!

Она вырвала руку, почему-то удивившись, что Дэмин не попытался ее удержать, и встала. Теперь она стояла с великим лекарем лицом к лицу, очень близко.

Он был выше ее почти на голову, поэтому чтобы видеть его глаза, девушке пришлось поднять лицо кверху. Она даже могла ощущать едва слышный аромат, исходивший то ли от его одежды, то ли от волос — сока какой-то терпкой, не известной ей травы. Выражение лица лекаря не изменилось, он смотрел на нее спокойно и немного устало, будто она говорила глупости. Кьяра ждала, что Дэмин начнет объяснять, оправдываться, но он молчал.