Отражение его величества

Конечно, она знала, каковы обязанности супруги. Более того, ее подруги многие уже замужем и делились своим опытом, но одно дело слышать, а другое…

И Эмми покосилась на бесстрастного, ледяного жениха. Он тоже думал о чем-то своем. Хотелось бы знать, о чем.

А затем один из придворных подал его величеству золотой поднос, на котором лежали золотые кольца. По обычаю, надевались они на голые пальцы, поэтому девушки помогли Эмми снять перчатки и забрали их – вернут после завершения обряда.

- Принесите друг другу клятвы верности, - произнес король.

Кеннет протянул ей руку. Эмми сжала его ладонь – вовсе не холодную, а горячую.

- Я, Кеннет фер Уорнбери, добровольно беру в жены Эмильену тер Альен, клянусь быть достойным и верным супругом, оберегать и заботиться о ней до конца наших дней, - произнес маг стандартную формулу.

- Я, Эмильена тер Альен, добровольно беру в мужья Кеннета тер Уорнбери, клянусь быть достойной и верной супругой, оберегать и заботиться о нем до конца наших дней, - ответила Эмми чуть севшим голосом.

Они обменялись кольцами – холодный ободок скользнул на указательный палец, а затем Кеннет наклонился к ней, коснулся губами губ. Легковесно, будто это не поцелуй, а случайное касание. Вот и все…

- Да начнется бал! – скомандовал его величество. Кстати, сам не торопившийся жениться…

Заиграла музыка. Кеннет протянул Эмми руку, а придворные уже расступились, освобождая пространство. Свадьба – единственный праздник во дворце, который открывал не танец его величества и приглашенной дамы, а мужа и жены.

Эмми от волнения наступила Кеннету на ногу, но он даже не переменился в лице, только повел ее в танце – будто не танцевал, а сражался в поединке. Никакой грации, лишь заученные выверенные движения. Сразу стало заметно: Кеннет танцевал редко. А Эмми, пусть и делала это куда чаще, напрочь позабыла все фигуры.

К счастью, от них и требовался всего один танец. Затем юной супруге вернули перчатки, они с Кеннетом уступили дорогу придворным, заняв места на украшенных цветами креслах.

Чуть выше располагался трон его величества. К ним то и дело подходили с поздравлениями: знакомые и незнакомые. Те, кого Эмми считала друзьями, смотрели на нее с сочувствием, однако не высказали и слова поддержки. Теперь она фери Уорнбери, путь к прошлой жизни для нее закрыт.

Танцы сменились праздничным обедом на двести персон, не меньше. Эмми пробовала еду, но не чувствовала ее вкуса. Вино старалась не пить – она вообще легко пьянела, не стоит.