Светлый феникс. Академия ХИЛТ

Сотни душ, слагавшие одно ядро — один дух и распавшиеся при очищении. И их сейчас нужно отправить на перерождение… Но сначала собрать кристаллы. Собрать, впитать и…

Мощный удар, и я буквально вбиваюсь спиной в землю. Спиной, не животом, что было бы гораздо хуже. Сириус перехватил контроль перед самым падением и перевернулся. Хруст костей заглушил вой. Мой? Рода или Ашты? Или того, кто все это затеял? Не знаю.

Ведь я успел открыл путь. Эти души ему не достанутся.

Боль оглушала, все плыло перед глазами, в клубящейся магии я пытался разглядеть лицо в небе, но видел лишь размытые три пары крыльев… Тьмы, света и стихий —переплетение воды, огня, земли и воздуха.

Блеском чистой энергии мешавшие разглядеть лицо. Еще немного бы… Чуть-чуть!

— Род, Ашта… — Сознание уплывало, жизнь утекала вместе с магией, но я успел приказать, прежде чем отключиться: — Сириус, кокон…

Глава 2

Голоса впивались в сознание надоедливыми мошками, обрывками фраз, незаконченными словами… Я их слышал и не слышал одновременно.

— Мэнор, держи крепче! — гневный приказ тетушки чуть встряхнул и меня.

Видел ли я ее когда-нибудь в такой ярости? Не доводилось, и слава богам! Но со стороны посмотреть хотелось. Тем более на то, как тетушка руководит главой рода Даррак.

Однако все попытки были тщетными. Веки отяжелели настолько, что я даже не понимал, а есть ли они у меня вообще? Тело подчиняться не собиралось, я его совершенно не ощущал. Но абсолютно точно был жив.

Будь я лишь душой без телесной оболочки, видел бы все, что происходило, перемещался бы в пространстве, а в итоге был бы направлен на перерождение ликвидатором.

Тем более здесь отец и тетя… Они оба отличные ликвидаторы, уж это я знал не понаслышке. Никто из них не дрогнул бы.

Значит, меня погружают в стазис, и скоро сознание снова померкнет, будучи усыпленным властной тетушкиной магией.

— Сириус, — позвал мысленно. Мог бы — и вслух прокричал. — Сириус…

Страх накрыл удушливой волной. Я жив, а мой иллами? Он стал платой за мою жизнь?!

Погружаясь в беспросветную пучину, я перестал слышать голоса родных.

Сейчас усну, так и не узнав, где мой иллами.

— Поспишь позже, мальчик мой. — Нежный перелив голоса, от которого хочется одновременно спрятаться и оказаться как можно ближе к носителю.

Голос, наполненный такой мощью, что сомнений не остается — его обладатель бог.

— Богиня… — восхищенно протянул то ли вслух, то ли мысленно.

Сложно было понять, говорю ли я или только думаю.

— Твой иллами на Грани, восстанавливается.