Оригинальное решение

Когда ты сняла свою маску, грим и вызывающую одежду, — усмехнулся он ей в висок, коснулся этого места губами, прихватил бровь. — У тебя очень живые глаза. Очень выразительное лицо. Открытая книга. Знаешь, чем ты в первый момент меня зацепила?

— Чем?

— Отсутствием затаённого сочувствия. Ты смотрела со спокойным женским интересом, удовольствием и — безо всякой жалости. Потом она появилась, но было поздно.

— Почему? — растерялась она.

— Я к тому моменту уже понял, что вёл себя как трус. Что вот передо мной стоит молодая женщина, напрочь лишённая магии, из мира, лишённого магии, и она живёт.

— Разве раньше ты этого не понимал? — озадачилась она.

— Знал. Но не ощущал. А потом, одно за другим… Ты словно отвесила мне звучную оплеуху, заставив очнуться. Не слишком рано и не слишком поздно, ровно в тот момент, когда она требовалась. — Арам ненадолго замолчал, вновь прошёлся губами по щеке женщины, легко прихватил ухо, потёрся носом о волосы.

— Влюбился? — эхом переспросила она.

Арам усмехнулся, опять поцеловал в висок, но невозмутимо продолжил.

— Когда пришёл забрать тебя вечером. Ты, сутки проведя в другом мире, ничего не зная о магии, заставила толпу магов внимать тебе с восхищением. И твоё лицо… ты сияла. Встрёпанная, раскрасневшаяся, с чернильным пятном на щеке — сияла ярче бриллиантов на королевском торжестве, потому что горела своей идеей.

— Ты умеешь красиво говорить, — проговорила Ирина, пытаясь за иронией скрыть смущение.

— Риторика входит в список обязательных дисциплин, — легко рассмеялся он. — Я люблю тебя. Плевать на твои сомнения, на мои страхи, на то, сколько мы знакомы. И ты выйдешь за меня замуж. И уж точно перестанешь дёргаться из-за каких-то источников, потому что я и так найду себе место в жизни, а ты — сможешь заниматься тем, что любишь.

— Ты сейчас… сделал мне предложение? — растерянно пробормотала она.

— Нет, я поставил тебя перед фактом, — возразил он. — Предложение я тебе сделаю потом, и ты его, конечно, примешь.

— К чему такие сложности? — окончательно растерялась женщина.

— Потому что когда ко мне придёт сын и спросит, как я делал его матери предложение руки и сердца, я не хочу рассказывать про старинный туалет, — расхохотался он.

Ирина слушала, удивлённо приподняв брови, а после тоже засмеялась, уткнувшись лбом в плечо рыцаря.