Покорившая небеса

Но я могу насладиться каждым из оставшихся дней.

- Получится? - с сочувствием спросил Грей.

- В каждом блюде многое решают приправы. А неизбежность смерти лучшая приправа для жизни. - Ответила я. Кому принадлежала эта или похожая фраза я не помнила, но моё настроение она описывала как нельзя точно. - Ты лучше расскажи, зачем такому воспитанному парню понадобились уроки, как ругаться?

История оказалась сродни неожиданному появлению папуаса среди эскимосов. Папа у Грея был средней руки торговцем, мама же и вовсе внучкой разорившихся дворян с каким-то мелким титулом.

Вот и получил Грей и обе его сестры воспитание строгое, в высшей степени культурное. Но отец разорился, и вскоре умер. Сердце не выдержало потери дела, благодаря которому содержалась вся семья.

И пришлось Грею самому обеспечивать маму и сестёр. Сестры к счастью быстро вышли замуж. Остатки семейного достояния пошли на приданное. Замужество у обоих вышло удачным. Смогли переехать в более приятные условия для жизни и на остров Правосудия больше носа не показывали.

Потому что мать Грея была уверена, что если общаться с человеком в беде, то к беде такое общение и приведёт.

Тем не менее, работать Грею приходилось целыми днями, запросы матушки с годами только росли. А тихий и покладистый парень не протестовал, принимая подобное как обязанность. Это же мама, а он мужчина.

Однако характер и воспитание мешали и тут. Осадить наглого заказчика или конкурента он не мог, и часто оставался без заработка. В то утро он как раз шёл мимо моего дома после одного из таких случаев.

Он три дня делал работу, а хозяин дома доделал остатки и заявил, что Грей только зря топтался у него дома. И услышав мою речь к соседу, подумал, что вот так он бы смог осадить наглеца.

На следующий день, после починки водоснабжения, я приступила к отмыванию дома. Благо день начался с орева соседа и моей импровизации на тему его происхождения. К вечеру в доме не осталось ни одного камня, ни одной дощечки, целой тарелки или части мебели, которую я б не отмыла в трёх кипятках, что называется.

А сегодня Грей повёл меня за городскую стену показывать, где берутся дрова и хворост для печи. Можно было конечно купить на рынке. Многие горожане из тех, кто жил бедно, собирали его и продавали тем, кто мог себе позволить потратить несколько монет, но не гнуть спину самому.

Сейчас по времени была примерно первая половина осени, даже скорее ближе к середине. Лес стоял сырой и начинающий остывать.