Покорившая небеса

И боялся спросить пройдёт ли когда-нибудь мой страх. В тот день, ты подарил мне лично тобой выдрессированного саргаса и показал, что зверь не позволит потеряться своему всаднику. И тогда я спросил. Тебя. Ты мне ответил, что я всегда смогу прийти к тебе за помощью и советом. И вот я, император Аркейна, получивший свой трон без твоей тени, спрашиваю у тебя, как мне вернуть сердце твоей дочери? Моей жизни осталось три месяца, десять дней из которых уже прошли. Слишком короткий срок для искупления, да?

Я долго сидел в ожидании.

.. Не знаю чего. Знака, символа... Хоть чего-то. Хоть мысли, которую я принял бы за подсказку. Но вокруг была только тишина.

Легионеры занесли гробы из редкого белого дерева. Завтра их выставят в столице, поместив в саркофаги высеченные из цельных кусков мрамора, для того, чтобы каждый житель столицы мог проститься с теми, кто был для них символом надежды. Дворцовые художники уже закончили погребальные портреты, что будут стоять у саркофагов во время процедуры прощания с оклеветанными Орландскими.

А дальше? Послать легионеров за Элейной? Мол, смотри какой я молодец? Элейна, которую я увидел на острове Правосудия, этого не оценит. Только может, сверкнет насмешка в потемневших глазах.

Весь полет обратно в столицу я вспоминал. Когда худенькая, едва переставшая дрожать девочка, закутавшаяся в мой плащ, скрылась из виду, я пошёл в замок тюрьмы. Я хотел знать, хотел услышать о каждой минуте, проведённой Элейной в этих стенах. Я надеялся понять.

..

Вру сам себе. Я хотел отомстить за её боль, за наполнившиеся тьмой глаза, за появившуюся злую усмешку. Только мстить за это нужно было самому себе, а этого я не мог. Палачи вспомнили все подробности, каждую насмешку, каждую свою забаву. И успели пожалеть о каждой минуте, что провела герцогиня в этих застенках.

Верещащие от непрекращающейся боли безрукие и безногие куски мяса - вот и всё, во что превратились тюремные палачи. Я приказал посадить их на кол и выставить у ворот замка.

Чтобы каждый на острове Правосудия понимал, что их ждёт, если осмелятся причинить хоть какое-то зло Элейне.

Палачам я впрочем, отставил выбор. Вместо кола они могли подставить шею под раскалённый металлический ошейник. Обычный, не артефакт. Выбрать палачи, уже бывшие, так как исполнять свои обязанности не могли, так и не смогли.

Сегодня я начну исправлять и затирать то бесчестье, что обрушилось на Орландских. Исправлю их позорную смерть.