Драконья академия. Ведьма (не) против целителя

Со временем боль притупилась, а сейчас её, кажется, и вовсе нет. Но с тех пор прошло сорок пять лет. Почти полвека. Я не допустил бы и мысли о том, что ты, Кэрхильд, испытаешь то же самое! Ты слишком дорога мне.

Я уверен, что и Альтен страдает от боли в сердце. И если у него хватит решимости отказаться от брака с Тимнией, всё будет хорошо. В любом случае, я узнаю об этом. Напрасно я на тебя налетел, нужно было сначала всё объяснить! Сам виноват. Нельзя поддаваться эмоциям. И я не должен был лезть в твои мысли.

Надеюсь, ты простишь меня за это…

Удачи, Кэрхильд. Не жди меня, я долго не вернусь. Увы, не могу рассказать тебе насчёт формул, всё это слишком опасно. Но что бы ни случилось, что бы ты плохого ни услышала обо мне в будущем, помни, что я люблю тебя от всего сердца, как любил бы родную дочь. И всегда на твоей стороне».

Внизу письма было добавлено на драконьем языке:

«Передаю Замку-Артефакту, его дочери-Библиотеке и мыши-смотрительнице своё почтение».

— Ну, хоть не забыл о нас, — проворчал Замок, а Эллейн грустно пискнула.

Когда мой целитель вернулся, я сидела за столом, перечитывая письмо дяди и перебирая в памяти самые дорогие воспоминания о нём. От слёз я почти ничего не видела перед собой, и в ответ на встревоженное: «Что? Что такое, Кэр?» сдавленным голосом отозвалась:

— Я не была магическим экспериментом. Магическим экспериментам такие письма не пишут.

Как выяснилось, подсказок Альтен не нашёл. Синяя Библиотека сообщила, что даже перо чёрного руха, ценное свидетельство, которое Ания отдала дяде, куда-то пропало.

Мой дракон сел рядом со мной за стол, выслушал письмо и перевод его с секретного языка. Успокаивающе сжал мою руку, поцелуями осушил слёзы.

— Дядя как будто прощается со мной, — грустно сказала я, и Альтен кивнул:

— Что-то неладно, но я не могу определить, исходит ли опасность от вашего дяди, или она подкрадывается к нему самому. Вы знаете, Кэр, я развивал свои умения, как мог, ещё до того, как поступить в академию.

Но всё же я не провидец, как мой благородный дед…

Я вздрогнула и устремила на собеседника полный надежды взгляд:

— А что, если мы напишем вашему деду, Альтен? Спросим… видит ли он в грядущем какую-то опасность? Но, конечно, про формулы говорить не станем!

— Вы уверены, Кэр? — Альтен серьёзно и даже строго посмотрел на меня. — Согласитесь, ситуация более чем подозрительная.