Драконья академия. Ведьма (не) против целителя

Я вспыхнула чуть ли не до ушей, а этот наглый дракон как ни в чём не бывало направился ко мне с целым букетом пышных розовых цветов. Радуясь возможности спрятать за ними лицо, я схватила букет и скороговоркой пробормотала:

— Благодарю! Вы так долго сидели под водой, что я начала тревожиться и восхищаться одновременно!

— Мы, Вайридерис, можем долго сидеть под водой, знаете же, что это наше волшебное умение, — рассмеялся Альтен, садясь рядом со мной. — Исследуем морское дно, находим ракушки, из которых, быть может, когда-то звучала Песнь Сирены, или другие редкие артефакты…

Кажется, он не заметил моего смущения.

Или сделал вид, что не заметил. Вот и хорошо!

— Песнь Сирены? — обдумав его слова, переспросила я.

— Та самая, которую легендарные сирены — девы с человеческими лицами и телами чудовищ — пели морякам и топили их корабли. Ведь от этой песни заснул бы любой человек и даже дракон. За исключением нас, представителей альга Вайридерис, поскольку мы сами связаны с водной стихией, и наша магия сильнее волшебства сирен.

.. Говорят, что это всего лишь красивая и страшная выдумка, но кто знает? Моему благородному деду однажды явилось смутное видение, что Песнь Сирены зазвучит не только в легендах.

Слушая Альтена, я начала плести венок из мокрых морских цветов. Вид у них был удивительный — каждый цветочек напоминал замысловатое пирожное; мне аж сладостей захотелось, хотя я никогда их любительницей не была.

— Это сархмеа, любимое растение Вайридерис, — пояснил Альтен, коснувшись мясистых стеблей, — в древности ему приписывали магические свойства.

Долго оно, конечно, без воды не проживёт, но венок сплести вы успеете, Кэр.

Я покосилась на его ещё влажную рубашку. У меня пересохло в горле при одной мысли о том, что её можно было бы снять с дракона…

— Кэр?

…и просто любоваться им, обнять, провести руками по плечам, достойным, между прочим, каких-нибудь древнеарифанийских богов, о которых я читала в Синей Библиотеке…

— Кэр, — Альтен взял меня за подбородок и посмотрел в глаза.

Я опомнилась и не знала, куда деваться от стыда, и скажи сейчас зелёный что-то шутливое или поддразнивающее, убежала бы прочь, кинув в него цветы.

— Вы испачкались песком, пока играли, как дитя, — серьёзно прозвучал голос Альтена, а затем он провёл ладонью по моей щеке. Если там и был песок, то очень мало, зато прикосновение моего целителя оказалось таким приятным, что я чуть не зажмурилась.