Драконья академия. Ведьма (не) против целителя

И сделала вид, что очень занята едой, хотя при виде такой гадюки у кого хочешь аппетит пропадёт. Отхлебнула из кружки и поморщилась — горьковат драконий эгль. Ладно, потом ещё пару глотков сделаю, и будет.

— Я вам вот что скажу, — прошипела девчонка Ари, придвинувшись ближе на своём стуле, — когда всё про вас прознают, не то что чествовать — в лицо вам плевать будут. Если под суд не отправят.

Я проигнорировала её, жуя сыр — а он вкусный! — и поглядывая в сторону Альтена. С него потребовали тост «за академию, за весь альг Вайридерис и драконий народ».

И, посмеиваясь, мой целитель пытался уверить соседей, что красноречием он не блещет, давайте, мол, выберем кого-то другого произнести речь.

— Что, на зелёного дракона глаз положили? — Эйнеке всё не унималась. — Ничего вам не светит! Во-первых, Вайридерис у нас святые праведники, ни за что с такой, как вы, не свяжутся. А во-вторых, Альтен, хоть и дурак, но, в отличие от вас, чистокровный. У него в роду людишек не было.

Вот теперь у меня в глазах аж потемнело от злости.

Я отставила тарелку в сторону и посмотрела на Эйнеке тем самым взглядом, каким смотрела на её дражайшую сестрицу перед тем, как произнести формулу призыва, пусть и неполную. Эйнеке оскалила свои мелкие зубки:

— Ну, давайте. При всех. Чтоб уж точно сомнений ни у кого не осталось!

Ага, как же! Её слова заставили меня опомниться. Я только нехорошо улыбнулась и, сжав кулак под столом, призвала волшебство огня. Подпалила ей подол красивого песочно-жёлтого платья, чтоб знала!

Эйнеке злобно смотрела мне в лицо и потому не сразу поняла, что случилось.

Зато её сосед, веснушчатый серый дракон из рода Ассту, с весёлым: «Горим!» опрокинул на неё целую кружку с эглем.

— Ай! Вы невоспитанный осёл, а не дракон! — рассерженная Эйнеке так и вылетела из-за стола. Задержалась лишь для того, чтобы, едва не прожигая меня взглядом, снова прошипеть по-гадючьи:

— Вам это даром не пройдёт, Кэрхильд! Я слежу за вами!

Я отвернулась с невинным видом — мол, откуда мне знать, кто поджёг ваше платье, — но, в конце концов, не удержалась от смешка.

Когда Эйнеке ушла, я вздохнула с облегчением и снова начала есть.

— За академию! За королеву фей! За нашего альгахри Каль-Ниарвена! За благородную Ваэльс-Имралу! — то и дело раздавались тосты, и я решила не отставать. Взяла свою кружку, поднялась с места и хотела было произнести что-то торжественное, как подлетела Сигвара. И выбила у меня кружку из руки. Эгль расплескался на неё, на меня и на соседей.