Драконья академия. Ведьма (не) против целителя

Эти уроки входили в перечень общих занятий, и на первом курсе нам предстояло сдать экзамен, чтобы подтвердить своё умение «подстроиться» под любой язык, каким бы трудным он ни оказался.

А самое неприятное, что мне было всё равно, как я учусь. Мысли занимал Альтен. И чем больше я избегала его, тем сильнее хотела видеть рядом. Стала задумываться о примирении — возможно ли это? И каков смысл, если Альтен всё равно не любит меня? Кроме собственного унижения, я ничего не добьюсь!

— Вот, — Бейхе прилетел с сотами, уложил их на пенёк в качестве поощрения, и мы продолжили занятия.

Правда, толку от этого было мало; я и так чувствовала себя скверно, а тут ещё проходившие мимо студенты обменялись словами о каком-то торжественном объявлении вечером. Мол, все соберутся в Лунной Зале, как месяц тому назад, и…

— Послышалось, или Альтена упомянули? — шепнула я Сигваре.

— А хоть бы и упомянули, — вдруг разозлилась подруга. — Пусть объявляет, что пожелает! Нашёлся тут любимец всей академии, душа компании! Придушу я твоего целителя, если не перестанешь по нему страдать, так и знай.

— Сама не рада, что всё так вышло, — уныло откликнулась я.

Вскоре горизонт начал окрашиваться цветом огня, а это означало, что все уроки закончены, как и занятия на свежем воздухе, и студентам следовало вернуться в свои комнаты. Бейхе доел соты, пожелал нам с Сигварой доброго вечера и обернулся пчелой. Девушка с факультета Фейенверис выглянула из дверей академии, но при виде эдакого превращения и бровью не повела.

А всё потому, что благодаря болтливым феям о моём фамильяре теперь знала вся Эльдрейни. Равно как и о том, что я занимаюсь антимагией. Даже благородная Ваэльс-Имрала, проявив несвойственную ей доброту, выделила несколько часов в неделю для нас с Бейхе. Сам он утверждал, что на это решение повлияла королева Мэйя.

— Жду не дождусь того дня, когда увижу твою королеву, — сказала я антифею. Он прожужжал в ответ:

— Ж-ж-жди, — и улетел, а мы с Сигварой, немножко перемазанные мёдом, направились в академию, на ходу вытирая губы и руки платочками.

— В Лунную Залу пойдёте? — та чёрная драконесса, которую звали, кажется, Леанна, стояла в прихожей, любуясь горшком с гигантским растением, тянувшимся до самого потолка. Я присмотрелась — похоже, феи полили его какой-то неправильной водичкой. Потому что у этого цветка была сморщенная белая головка, очень напоминавшая человеческую — бугорок вместо носа и розовые складки на месте глаз и рта.