Оборотень по объявлению. Рыжий-бесстыжий

Составы клеев и краски у нас такие, чтобы выдержали многочасовую съемку. Пока с актеров снимешь, на себя сил не остается.

Видимо, наш внешний вид и был поводом для конфликта. И Ксю, нет, чтобы промолчать, решила скрасить конец нашего дня.

- Пойдем, - потянула я Феоктистову за рукав.

- Эй-ей! А как же боец? - нам перегородили дорогу. - Мы очень ждем, когда нам дадут люлей.

Мы с Ксю переглянулись. Я видела в ее глазах раскаяние за свои слова, но было поздно. Поздно сдерживать ее язык, потому что на выпад она никогда не могла промолчать:

- Хотела дать вам шанс уйти целыми, но если так настаиваете, то сейчас выйдем отсюда и наберу в службу раздачи люлей.

Феоктистова, е-мое! Ты другой тон можешь выбрать? А похитрее быть? Мысль добраться до машины хороша, но с таким посылом мы же к ней в сопровождении выйдем.

Я начала осматриваться по сторонам в поисках охраны, но ее, как назло не было видно. То ли напрочь отсутствовала служба безопасности, то ли нам так повезло.

Передо мной встал самый бородатый из них:

- Иди, а подружка пока с нами посидит.

Эти парни точно решили нас проучить. Пора включаться, иначе не унести нам отсюда ни рога, ни копыта.

- Молодые люди, почему вы к нам привязались? Неужели не хочется провести вечер мирно. Вы же за отдыхом сюда пришли, верно?

- Потому что подружка у тебя слишком борзая. Да и не знаете вы, в каком виде надо ходить в приличные места.

А они в своих спортивках, значит, знают?

Не спорю - Феоктистовой нужно было мужиком родиться и самостоятельно получать и раздавать люлей, а не угрожать фантомами.

- Мы едем с работы. Зашли сюда не ради веселья. Давайте разойдемся миром, - я попыталась поговорить спокойно и без эмоций.

- Э-э–э, нет. Так не пойдет. Твою подружку надо научить, как с серьезными дядями разговаривать.

А вот теперь и у меня язык чешется на грубости. Но прежде чем я успела что-то ляпнуть, бородач схватил меня за руку и поволок куда-то вглубь клуба.

Сколько бы не вырывались, сколько бы не кричали, чтобы нас отпустили, ни один человек не заступился. Музыка гремела, люди танцевали, всем было плевать.

Нас запихнули за стол с большим диваном, сдавили со всех сторон своими телами, разделив по разным сторонам.

- Звони Васе. Мы послушаем, - крикнул тот, кто сцепился с Ксю словесно.

Феоктистова посмотрела на меня загнанной в угол мышью.