Обещанная дракону

Некогда сильный и смелый воин задрожал, как осиновый лист на ветру. Его сил было недостаточно, даже чтобы сжать пальцы.

– Не делайте этого, – едва слышно взмолился он.

Руланд встретился с ним взглядом и отрицательно мотнул головой. В блеклых глазах отражалось столько отчаяния, вины и скорби, что она могла бы затопить целое королевство. Назад пути не было.

– Папа, позволь ему! Я не хочу, чтобы ты страдал, – прохныкала принцесса где-то у изножья кровати.

– Прошу вас, она совсем… – тихо зашептал король, но Руланд не позволил ему закончить.

Он опустил ладонь напротив его сердца, и белоснежное пламя быстро окутало тело монарха. Король порывисто вдохнул, огонь скользнул в его открывшийся рот, и магия забрала его сознание.

Принцесса вскрикнула, бросилась к отцу, но Руланд успел перехватить ее прежде. Он крепко сжал руки на ее тонкой талии и оттащил от кровати, где магия исцеления делала свое дело.

– Вы сожгли его заживо! – закричала принцесса и забилась в его хватке.

– Ваше Высочество, успокойтесь, взгляните, – Руланд мягко прошептал у самого ее уха.

Ее кожа и плотный платок, скрывающий волосы, сладко пахли жимолостью.

Принцесса на мгновение словно окаменела в его руках. Она судорожно выдохнула и повернула голову, напрягшись еще больше. Генерал практически положил ладонь на плечо Руланда, но остановился и тоже посмотрел на объятого огнем короля.

Монарх неподвижно лежал на постели. Его глаза были закрыты, грудь мерно вздымалась и опускалась, следуя за спокойным глубоким дыханием. Языки белоснежного пламени скользили по его коже, окутав в защитный кокон.

К сожалению, очагов поражения было слишком много, чтобы магия могла полностью справиться с ними.

– Это целительное пламя. Ваш отец просто заснул. Через пару минут оно исчезнет, и уже вечером король придет в себя и не будет больше чувствовать боли. Однажды, когда придет его время, он просто спокойно заснет. Без боли и без страха.

Принцесса мягко надавила на его руки, вынуждая выпустить ее из объятий. Руланд нехотя поставил ее на ноги.

Она оправила платье, вытерла слезы с щек и уже спокойно подошла к кровати, где догорали искры белоснежного пламени. Руланд встал рядом с ней, чтобы не позволить ей коснуться огня.

Она едва доставала макушкой ему до плеча, оказавшись ниже любой северянки, и была гораздо легче, чем казалась во всех этих многослойных юбках. Она была такой маленькой и хрупкой, что это взывало ко всем его инстинктам, хотелось держать ее в своих руках, оберегая от всего мира.