Из рода волхвов

Он высился над ней широкоплечей горой, и в серых глазах было что-то холодное и острое, как лезвие меча.

— Ты ещё кто таков? А ну пусти меня! — она отчаянно задёргалась в его крепкой хватке. — Пусти, кому сказано! Сейчас так закричу, что вся деревня проснётся и узнает о том, как волхвы княжеские к девкам деревенским пристают!

Незнакомец вдруг посмотрел на неё со странным весельем во взгляде и сказал то, отчего сердце её больно ударилось о рёбра.

— Я на твоем месте на защиту людей не рассчитывал бы, волхва. Или скажешь — ошибаюсь?

Лина замерла и притихла, сделалась меньше в одно мгновение.

Мысли метались в её голове, как перепуганные пчёлы.

— Ты такими обвинениями не кидайся, упырь неотёсанный, — напряжённо сказала она. — Думаешь, можешь приехать сюда и безнаказанно невинных людей обвинять в колдовстве? Да ты…

— Невинные люди по ночам зимой не бродят. А честные — через заборы не перелезают, — со смешком отозвался воин, и в сером взгляде сверкнула сталь. — Я чувствую твою силу, девочка.

Он вдруг грубо развернул её и дёрнул на себя, так, что спиной она упёрлась ему в грудь.

Веселина забилась в его руках, как пташка, пойманная в клетку, и не знала, что хуже, — кричать или же молчать. Волхв без стеснения откинул её тяжёлые от снега волосы и отодвинул край шубы, обнажая заднюю часть шеи.

— Будешь дергаться — цепью свяжу.

Лина испуганно замерла от угрозы в голосе и вздрогнула, когда ледяные пальцы юноши скользнули по её шее. Мурашки тут же пробежались по её телу, как потревоженные цыплята. И не ясно, было ли то от ужаса или же от странно-знакомого чувства, из-за которого сердце вновь отчаянно забилось в груди.

Она не успела осознать происходящее до конца, когда крепкие мужские руки разжались — и ей позволили выскользнуть на волю.

Волхв выглядел несколько растерянным и, окинув её непонимающим взглядом, тихо проронил:

— Так ты не из «Велесова братства».

Веселина взбешенно сжала зубы и, зачерпнув горсть снега, совершенно бесстрашно бросила ему в лицо. В ответ же получила искреннее удивление в серых глазах.

Вот, значит, что он искал на её шее! Какими бы дремучими не были жители Берёзовки, но о зверствах последователей «Велесова братства» слухи доходили даже до них. Чего только они не творили — целые города истребляли, сёла потехи ради сжигали, монстров плодили. И у каждого из них были метки на загривке в виде четырёх змеиных голов. В простонародье символ звали Змеевиком, и из-за деяний Змееголовых за ним, к сожалению, закрепилась дурная и пугающая слава.