"Зачем вам беременные попаданки?"

Наш путь приближался к концу, то есть не совсем к нужному, так как ехали-то мы в столицу, как объяснил маг, а к месту нашей ночевки и ужина.

Это был уже городок, судя по добротным каменным домам, даже двухэтажным. Пока ехали по булыжным улицам, отмечали, что похож на наш районный, откуда все и были. И такая тоска вдруг сковала сердце, что слезы навернулись на глаза. Кстати не у меня одной. Мы притихли, вспоминая свой городок. Попутно отмечали схожести: тротуары, магазинчики, лавочки у домов.

- Магия, - мечтательно сказала Шура, и этим разрядила атмосферу.

Мы заулыбались. Подкатили к двухэтажному зданию с цветной вывеской, на которой увидели поросенка в руках смеющейся розовощекой молодки. В белом чепце и голубой кофте, она улыбалась и прижимала к себе пухлого свиненка. Мы дружно закивали, когда маг спросил, понятен ли нам этот плакат.

- Еда и сон, - показал он на надпись под картинкой.

Нам были непонятны буквы, и не могли читать, но почему-то понимали речь. И когда я спросила, то он ответил, что при переносе нам было открыто это знание, а вот все остальное мы сможем сделать, как кто захочет: читать, писать, считать. Все согласились, только Валя съежилась и отвернулась. Она все еще не принимала свое попаданство и не хотела понимать. Мы ей сочувствовали, но ничего не могли предложить, кроме нашего участия и жалости.

Ужинали в зале, где уже были отдельные столы и вместо лавок стулья с высокими спинками. Скатертей не было, но были салфетки и даже подали ножи и вилки, вместе с ложками. После дружного похода в клозет, где было также, как и в таверне, мы сели за стол с шестью приборами и ужинали с большим аппетитом. Съели все, что подали. Вероятно еще и потому, что узнали продукты и немного приноровились к своему положению.

- Уж куда деваться? – думала я, лежа на верхней постели в номере с двухъярусными кроватями, - Надо принимать этот мир, иначе будет трудно жить.

Глава 4

Разбудила нас ВаргА стуком в двери. Мы подскочили разом и засобирались. Тут оказалось, что Валентине ночью было плохо, а она не стала нас беспокоить.

- Как же так можно, - выговаривала я, глядя на смущенное лицо женщины, - В следующий раз так сделаешь, и мы не сможем тебе помочь.

- Я не хотела вас тревожить. Думала, что пройдет.