Эльфийский гамбит

Как только темные эльфы достигают совершеннолетия, они определяются с выбором: кто-то вступает в брак, кто-то делает карьеру военного или мага, кто-то занимается торговлей или ремеслами. Многие дроу и после совершеннолетия не уходят из родного клана, по-прежнему подчиняясь матери и получая защиту семьи, но я не хотел для себя такой судьбы.

До совершеннолетия меня защищают законы. Во-первых, обряд, который проводят матери, не позволяет им убить сына или дочь; боль хоть и сильная, но не смертельная. Во-вторых, после смерти матери, связанные с ней дети остаются живы.

И, в-третьих, по закону передавать несовершеннолетнего в другой клан можно только ради обучения. Когда дроу приносит клятву на крови жене, то никаких ограничений нет. Жена вольна делать со своим мужем все, что хочет. И супруг все равно вынужден её защищать, потому что если умрет жена, то погибнет и муж тоже.

Неудивительно, что королева и моя мать не хотели, чтобы я приносил человечке эту клятву. Это же такой подарок! Как только мне исполнится пятьдесят, я должен с разрешения матери поклясться королеве.

Раньше взять клятву не может никто. Это непреложный закон. Проклятье карает того, кто захочет взять клятву на крови у несовершеннолетнего дроу. Вот они и выжидают. Что меня ждет? Жить с людьми и выполнять приказы королевы. Буду надеяться это лучше, чем быть в подчинении у матери.

Вывел меня из задумчивого состояния Рарок. Телохранитель матери метнул кинжал. Чувство опасности взвыло, и я мгновенно отклонился в сторону. Еще секунда, и я сам атаковал Рарока.

Отсутствие наручей не позволяло блокировать ими его меч, но так даже интересней.

Мы обменялись ударами. Рарок не владел магией, зато был более опытным мечником. Я же компенсировал отсутствие опыта магическими штуками. Например, сейчас увеличил скорость реакции и усилил натиск. Не дав телохранителю времени на раздумья, магическим кулаком выбил из него дух. Только Рарок тоже не промах: поставил мне пару кровавых отметин и разрезал мой любимый ремень.

– И как прошла проверка? – осведомился я.

– Неплохо, – выдавил Рарок, держась за грудь.

– Мать послала за мной?

– Не совсем. Я сам пришел. Не хочешь узнать, что она мне поручила? – поднял бровь Рарок.

– Она не запретила тебе распространяться об этом?

– Раз спрашиваю, значит, не запретила.

Я нахмурился, обдумывая. Что могла моя мать поручить доверенному дроу здесь, у людей? Причем, не запретив рассказывать об этом. Выбор тем невелик на самом деле.