Рунная соната

Кинув еще раз взгляд на Хиндикуса, я прошла к доске и принялась рисовать схему рун, которые нам предстоит отрабатывать, на сей раз в парах. За спиной снова закашлялись:

— Скажите, леди Баррен, девиз вашего рода случайно не слаб... м... риск и отвага?

— Что вы имеете в виду, мэтр Белорт? — я закончила схему, отряхнула мел с рук и повернулась к профессору.

— Это плетение чудесно отрикошетит от стен и встретившись с другим таким же войдет в резонанс, произведя неплохое проклятье. Конечно, вероятность столкновения под нужным углом небольшая, но вы кажетесь мне особенно везучей магичкой.

Закусив губу от обиды я повернулась к доске. С полминуты я изучала схему, и найдя нужный узел, перерисовала пару рун. Так даже лучше будет, и без побочных эффектов. Разве я не молодец?

— Что ж, впечатлен, — донеслось из-за спины. — Класс может приступать.

Что это мне послышалось? тяжелый вздох? Столичный красавчик расстроен, что не удалось сорвать мое занятие?

Проходя по рядам и поправляя линии, положение рук, количество и качество магических сил.

которыми студенты принялись напитывать руны, я поглядывала на мэтра. Сидя за столом, он наблюдал за классом, поигрывая пальцами, будто держал какое-то плетение. Чего мне от него еще ждать?

Только бы не передумал отдавать Хиндикуса.

Глава 6. Беды и горести

Прижимая сумку с драгоценным манускриптом я вернулась в женское крыло, столкнувшись в дверях с Лирой, которая направлялась куда-то с видом отчаянной решимости.

— Лир, что случилось?

Она посмотрела на меня глазами с недобрым огоньком.

— Получила письмо из дома.

— Ну-ка, идем ко мне.

Я позвала Марту и Руту, и мы устроили консилиум. Проблема, и правда, была непростая. Отец оставил Лире небольшое наследство, которое находилось под опекой матери, затем отчима, пока Лире не исполнится двадцать лет, или она не выйдет замуж. Семья Лиры не имела права продавать небольшой домик в предместьях столицы, но могла сдавать его в наем. По закону опекун должен был хранить арендную плату, пока Лира не вступит в права, но Лира согласилась отдавать матери половину, если из второй половины удастся оплатить академию и прочие расходы.

И теперь, когда до двадцатилетия Лиры оставалась неделя, мать сообщила, что жильцы съехали еще в середине лета, дом стоит пустой, и оплаты за следующее (и последнее) полугодие у Лиры не будет. Но господин и госпожа Крайс согласны выкупить дом за полцены, как только Лира вступит в права, и таким образом обеспечить ей окончание образования.