Подарок для Василисы, и прочие плюшки

Она вдруг очень ясно осознала, что сейчас находится один на один в доме с темным, практически всемогущим колдуном, которому свойственны весьма своеобразные представления о морали. Она ночевала здесь последние семь месяцев. Если бы он что-то хотел с ней сотворить, уже бы сотворил. И все же…

— И как…

— Я просто положу ладонь тебе на глаза. А потом ты проснешься.

Что ж, этот способ она тоже знала. Действительно темная магия. И основная закавыка состояла в том, что только наложивший чары решал, когда сон прекратится.

И, разумеется, жертва такой магии оказывалась абсолютно беззащитна перед колдуном.

— И тебе не обязательно соглашаться, — добавил Кощей.

— И через сколько я проснусь? — спросила Василиса и с раздражением обнаружила, что голос сипит.

— Завтра с утра разбужу тебя как обычно на работу.

Василиса не сдержалась и улыбнулась. Каждый вечер она заводила будильник и каждое утро игнорировала его. Кощей вставал, шел в душ, а потом уже приходил по ее душу. В отличие от назойливого писка сработавшего будильника проигнорировать Кощея было невозможно.

Итак, судя по его тону, она действительно могла отказаться. И пойти спать, в ужасе ожидая очередной кошмар. И, возможно, действительно снова с ним столкнуться. Или могла согласиться. Довериться. И наконец-то выспаться. Если он не обманет.

Разве он хоть раз ее обманул?

Она допила молоко, помыла стакан и поставила его на место. Кощей не любил, когда в раковине оставалась посуда, будет потом вертеться весь остаток ночи…

— Пойдем, — кивнула она в сторону выхода с кухни, не соглашаясь, но и не отказываясь.

Решит, пока идут.

В спальне было темно. Василиса дошла до кровати и неуверенно села на нее.

— Как мне лечь?

— Как тебе удобно, — ответил Кощей.

Он включил светильник, стоящий на прикроватной тумбочке, и в ожидании остался стоять у кровати.

— Просто ляг.

И Василиса легла. На бочок. Подложила под голову руку и поджала колени.

— Не бойся, — вздохнул Кощей. — Не надо. Тебе просто нужно выспаться, а я просто могу помочь тебе это сделать.

Цвет магии — это всего лишь вопрос намерения. А мои намерения самые чистые. Так что будем считать, что ради тебя я сегодня сотворю что-нибудь светлое.

И он улыбнулся. Он редко улыбался. Особенно так. По-настоящему.

— Если завтра я не выйду на работу, Баюн меня линчует, — попыталась пошутить Василиса, надеясь хоть так умерить волнение.

— Если Баюн хотя бы протянет к тебе коготь, я вырву их все, — серьезно ответил Кощей. — Ну что, готова?

Она слабо кивнула.