Подарок для Василисы, и прочие плюшки

— Ты уверена, что мы втроем сможем все это съесть?

Над снудом зло сверкнули Женины глаза.

— Я приняла экзамен у пятой группы. Я всех ненавижу, — глухо прохрипела она и закашлялась с мороза. — И этим вечером я точно кого-нибудь нашинкую! Вот и решай: будешь это ты или морковка!

— О, явка с повинной! — обрадовался Клим. — Столь редкое и желанное явление! А под Новый год, когда нужно подбить статистику раскрываемости, ему вообще цены нет!

— Клим!

— Все, ёжик, прячь иголки, — подмигнул он и забрал у Жени ее поклажу, включая сумку с рефератами, которую она отдала крайне неохотно.

— Я подниму тебе настроение. У меня есть подарок, и я хочу вручить его тебе прямо сейчас.

— Подарок? — совершенно по-детски обрадовалась Женя, немедленно забывая о былом раздражении.

— Ага, так что давай, раздевайся и готовься быть одаренной.

У Женьки в глазах зажглось предвкушение. Расправившись с верхним слоем одежды, она бросилась переодеваться в свою комнату. Клим осторожно проследовал следом, убедился, что она не против, и, прикрыв за ней дверь, остался стоять у стены, не проходя дальше.

С некоторых пор ему было дозволено присутствовать при этом процессе, правда, Женя все равно пряталась за дверцей шкафа, но это уже был огромный прогресс. Дальше массажа они пока так и не зашли, причем Женя крайне неохотно подставляла ему спину, предпочитая брать все в свои руки, но Клим знал: на охоте нужно запастись терпением. В данном случае награда была слишком велика, чтобы проявить поспешность и небрежность.

— Я тут осознал, что за все эти годы ни разу не подарил тебе ничего как… ну, как женщине, — начал он.

Мелькнувшая из-за дверцы шкафа рука на мгновение застыла, потом скрылась уже куда медленнее.

— Что ты имеешь ввиду? — настороженно спросила Женя.

— Именно то, что сказал. Уж не сочти за оскорбление.

Не сдержал нервный смешок: последние слова явно были лишними, но именно такой реакции он и боялся.

Женя показалась из-за дверцы: неизменные шаровары, безразмерная футболка и шерстяные носки.

Столько лет прошло, а ничего не изменилось. Ну, почти ничего. Но эта стабильность раз за разом заставляла Клима ощущать особую, почти щемящую нежность по отношению к своему ежу.

Своему?.. Хм.

Женя нервно провела рукой по коротким волосам и вопросительно посмотрела на него.

— Могу нести? — поинтересовался Клим.

— Точно не хочешь подождать курантов?

— Подумал, что тебе будет спокойнее, если я вручу его наедине, без Макса.