Университет драконологии. Книга четвертая. Клятва крови

— Элизабет, уймись. Иначе проведешь праздник у себя в покоях. Желаешь, чтобы я это устроил?

— Не имеешь права! — огрызнулась она.

Но Эйнар медленно приподнял бровь, глядя на нее в упор, — и императрица внезапно сникла, видимо, осознав, что он не шутит.

Мгновенно рассеялся тот флер страсти, который окружал ее подобно запаху дорогих душных духов. Элизабет медленно моргнула, и ее губы обиженно дрогнули.

— Почему для меня закрыта портальная магия? — спросила капризно. — Это… Это просто неприемлемо! Я чувствую себя во дворце как в заключении.

— Если тебя тяготит прибывание здесь — то только скажи, — холодно обронил Кеннар. — И уже через несколько часов вместе со всеми своими пожитками и фрейлинами отправишься в свое поместье в пригороде Доргфорда. Как ты прекрасно понимаешь, я лишь одобрю такое твое решение.

Элизабет раздраженно фыркнула. Зло сверкнула огромными глазищами.

— Ну уж нет, мой дорогой, — процедила рассерженно. — Я не уеду. Потому что я знаю, что сразу после этого мои покои займет твоя любовница.

— Ни в коем случае. — Кеннар лишь усмехнулся. — София и близко не подойдет к твоим покоям. Прежде всего потому, что не позволю я. Твое долгое там пребывание отравило воздух так, что от одного вздоха погибнуть немудрено.

Ну надо же! Нет, я знала, что отношения между Кеннаром и Элизабет отставляют желать лучшего. Но до этого момента даже не подозревала, насколько плохо обстоят дела в их браке. Это не просто враждебность.

Это неприкрытая ненависть. Причем, как понимаю, с обеих сторон. А самое занимательное то, что никто из них не считает нужным скрывать свое отношение друг к другу от посторонних. Вон, по-моему, и музыка заиграла тише, лишь бы придворные сполна насладились семейной ссорой венценосной пары.

Теперь я была почти уверена в том, что Элизабет и впрямь может помогать таинственному магу-менталисту. Причем действует самостоятельно, а не будучи под влиянием чужой воли.

Элизабет, как ни странно, спокойно выдержала очередной выпад со стороны супруга.

Лишь смерила Кеннара долгим ледяным взглядом, который был красноречивее любых слов.

— Эйнар, — отчеканила, вновь обратившись к лорду протектору. — Мы можем долго упражняться в остроумии и унижать друг друга. Но теперь серьезно. Мне действительно надо поговорить с тобой. И как можно скорее.

— Говори, — снисходительно разрешил он.

— Естественно, наедине! — приказала Элизабет.