Университет драконологии. Книга четвертая. Клятва крови

А теперь он поставит меня перед чудовищным выбором: или я навсегда остаюсь в этой темнице и никогда больше не увижу солнца, не почувствую свежего ветра, напоенного ароматом полевых цветов, не услышу ни одного человеческого голоса. Или же полностью принимаю его условия и сдаюсь на милость победителя.

— Где мы? — в этот момент услышала я голос Кеннара, в котором тоже прозвучала немалая доля изумления.

С легким шелестом с пальцев Эйнара слетела магическая искорка. Поднялась выше, осветив камеру до самых дальних уголков.

Как императрица была сейчас непохожа на ту холеную изнеженную красавицу, которую подошла к нам в начале бала! Элизабет сидела прямо на полу. Дорогое шелковое платье, так восхитившее меня, теперь напоминало настоящую половую тряпку, измятую и испачканную в пыли донельзя.

По всей видимости, императрица даже не заметила нашего прихода. Ее глаза мертво и пусто смотрели куда-то поверх наших голов. На лице застыла безжизненная маска полнейшего равнодушия к происходящему.

— Однако, — спустя недолгую паузу прошелестел Кеннар.

Неслышно ступая, подошел ближе к своей супруге. Склонил голову к плечу, внимательно глядя на нее.

Отблески магической искры отражались в глубине его зрачков алыми всполохами. От этого казалось, будто его глаза до краев наполнены свежей кровью. А на губах застыла презрительная ледяная усмешка.

— Чем я заслужил это? — не отводя взгляда от Элизабет, бросил Кеннар. — Пожалуй, ты сделал мне самый лучший в мире подарок на новый год.

Ого!

Пожалуй, я все-таки недооценила силу ненависти, которую Кеннар испытывает к законной супруге. Полагаю, он не проронит и слезинки, если та умрет. Напротив, для него будет истинным наслаждением наблюдать за тем, как она долго и мучительно прощается с жизнью. И чем больше страданий при этом она испытает — тем более счастлив и удовлетвореннее будет Кеннар.

— Я так долго просил тебя встать на мою сторону в нашем конфликте, — продолжил Кеннар, даже не пытаясь скрыть радости в голосе.

— То, что Элизабет призналась в подготовке к смене власти, — холодно сказал Эйнар. — Иначе, как государственной изменой, это назвать нельзя. И за это полагается самое суровое наказание.

— Как будто ты раньше не знал о том, что она спит и видит, лишь бы я покинул престол Даргейна, — фыркнул Кеннар.