Воротиться нельзя влюбиться!

Прозвучало веско и солидно, так что старому принцу ничего не осталось, кроме как крякнуть и повести меня на выход.

Собственно, у крыльца вышла заминка.

— Раджа, подь сюда, — позвал Евпатий Егорыч скакуна.

Но тот был занят — обгладывал соломенную крышу бани.

— Ой, — вырвалось у меня

Нет, Ягиного имущества не жалко, пусть хоть всю баню съест в один присест, просто страшновато на таком разудалом коне куда-то ехать.

— Раджа! Подь сюда, говорю, — второй раз позвал старый принц.

Конь и не думал подчиняться. Весело лягнул копытом плетень и радостно заржал, когда тот завалился в канавку.

— Раджа! — гаркнул Евпатий Егорыч.

— Ну чего? — наконец отозвался тот.

— Иди сюда, ехать надо.

— Радже — никуда не надо. Тебе надо — ты и езжай, — резонно ответил конь, вытягивая из крыши особенно большой пучок соломы. — Тьфу ты, гнилая! И кто так за хозяйством следит?

— А у нас калач есть, — попробовала я другой подход. — На закуску. И морковка свежая. Принести?

— Неси, конечно, чего стоишь? — обрадовался конь и погарцевал в нашу сторону, красуясь.

В общем, вернулась я обратно и собрала целый мешок провизии для коня. И морковь, и капусту, и десяток груш, и даже несколько яблок, которые определенно молодильными не выглядели. По крайней мере, лёгкая гнильца с одного бока указывала на то, что ничто природное им не чуждо. Да и никакого волшебства в них не ощущалось. Но на всякий случай решила посоветоваться.

— Евпатий Егорыч, а эти случайно не молодильные? — показала я.

Тот аж встрепенулся и протрезвел от моих слов.

— Нет, те золотистые и словно изнутри светятся, ни с чем не спутаешь, — разочарованно протянул он, разглядев. — Раджа, будешь яблоко?

— Буду! — беззаботно отозвался конь, но стоило ему подойти поближе, как Евпатий Егорыч подхватил его под уздцы и сурово посмотрел в чёрные шальные глаза.

— А ну, не балуй! Ехать надо. Надо Марусю отсюда увозить, опасно ей здесь оставаться. Разумеешь?

— Какую Марусю? — возмутился конь. — Эту Марусю? А похудее Маруси у вас не нашлось? Раджа что, двоих везти должен? Раджа не вынесет двоих!

Нет, вы только посмотрите! И конь туда же!

— А ну, не ерепенься! — рявкнул старый принц.

Под негодующие причитания скакуна Евпатий Егорыч помог мне усесться в седло боком и, цедя ругательства сквозь зубы, забрался следом сам. Естественно, места в седле почти не осталось, так что принц съехал на круп Раджи, отчего тот принялся недовольно хлестать нас хвостом.