Однажды я стала женой проклятого герцога

Магия Себастьяна поднялась вихрем вверх, он прикрыл глаза, чтобы удержать ее в узде.

Еще не время…

Молодой маг широкими шагами прошел к креслу, на котором ранее сидел господин Кан, и уселся на него, вальяжно закинув ногу на ногу и сцепив руки в замок.

Его губы искривились в усмешке.

– Здравствуй, отец.

Волосы короля Эленейроса были покрыты сединой, Эдвард болел, и болел тяжело. Однако это не помешало ему воспользоваться королевской силой и повысить голос:

– Не смей звать меня так! – рявкнул король. Взмах его руки – и Себастьян почувствовал жуткую боль.

В голову кронпринца впились тысячи невидимых игл. Маг покачнулся и едва не потерял сознание. Его желваки напряглись.

Грудь короля высоко вздымалась. Оба застыли, шевелились лишь языки пламени да призрачная змея, вырвавшаяся из под руки молодого мага. Себастьян одним взглядом заставил ее скрыться за креслом.

Себастьян чуть склонил голову набок, рассматривая сидевшего перед ним короля, и странная сумасшедшая улыбка искривила его губы.

– Как ваше здоровье? – спросил он, продолжая улыбаться.

Эдвард Кайдзен выглядел отвратительно. Некогда сильнейший из магов всего мира сейчас был хилым стариком с глубокими морщинами на лице и глубоко посаженными глазами. Его дыхание было тяжелым и рваным.

Король страдал от невыносимой боли. Ох как хорошо…

– Себастьян Кайдзен, – прохрипел король Эдвард, наблюдая за пламенем в камине. В зал начали входить несколько десятков магов в белых кителях Стражей. – Мое проклятие и мое спасение… Какая же злая шутка судьбы.

Стражи не шевелились. Они ждали приказа. Все замерли в ожидании.

– Ты получишь справедливое наказание за то, что сделал. И оно будет поистине милосердным. Поблагодари меня, мальчик. Благодаря мне ты станешь сильнейшим.

Себастьян прикрыл глаза, чтобы не выдать собственных чувств. Собственной горячей ненависти, что заставляла его тело гореть в муках.

Сколько раз он слышал эти слова? Не счесть…

“... Ты получишь справедливое наказание… Поблагодари меня, мальчик”.

“... Благодари!”

“.

“... Благодари!”

“... Благодари!”

“... Благодари!”

Когда он услышал это впервые?

В четыре года? Три? Когда его мать… Впрочем не важно.

Эдвард позаботился о том, чтобы он помнил о каждом дне. О каждой бесконечной секунде боли…

Всякий раз, когда он смотрел в зеркало, Себастьян вспоминал то, как его истязали до полусмерти, едва удерживая в мире живых.

О, сколько раз он хотел перейти за грань… Но его возвращали.

Эленейросу нужен наследник.