Лана из Змейгорода

— Не стоит верить снам и пытаться достичь таких далей, где стираются грани между добром и злом, — увещевал девушек Мудрейший, пришедший на зов Ланы, обеспокоенной состоянием подруг.

После встречи с Кощеем Даждьроса сутки пролежала без памяти, а потом какое-то время хворала, не имея сил не то, чтобы подняться в небо, но ухаживать за ранеными, кое-как перебирая травы или подготавливая повязки. Дождирада вроде бы не выглядела больной. Она наоборот трудилась с утра до поздней ночи, всю себя отдавая работе.

Только походила на цветок с надломленным стеблем, который все еще прекрасен, но из которого уже ушла жизнь. Да и двигалась, точно сомнамбула или поднятое заклинателем умертвие. Словно частичка ее осталась там в темном мраке Нави, где, если верить вещему зеркалу, томился Велибор.

— Братик мой! Бедненький! — замерев со снадобьем посреди лечебницы, временами всхлипывала Дождирада. — Я должна тебя вытащить, должна спасти!

— Ну что ты говоришь, глупая! — пыталась увещевать ее Веда.

— Путь на Ледяные острова страшен и тернист. Конечно, в Навь попасть совсем нетрудно. Только выхода оттуда нет.

— И что же делать? — полными слез глазами смотрела на целительницу Дождирада. — Оставить его там на глумление Кощеевым слугам?

— Откуда ты знаешь, что брат твой действительно там? — вслед за Ведой пыталась увещевать бедную девушку Лана. — Навь коварна и посылает видения и сны, способные даже бессмертных смутить и сбить с толку.

— Ты не понимаешь! — качая совсем растрепавшейся белокурой головой, возражала Дождирада. — О том, что брат жив и нуждается во мне, подсказывает сердце.

Лане оставалось только почти силком накормить ее и отправить отдыхать, пока не упала от изнеможения, потом вернуться в комнату к медленно приходящей в себя Даждьросе.

— Думаешь, с такими ранами, как та, которую нанес демон, и вправду можно выжить? — поделилась она с подругой сомнениями, понимая, что бередит и ее душу, но не в состоянии ничего с собой поделать.

— Кощей — могущественный чародей, да и этот неназываемый тоже, а магии крови подвластно и исцеление, которым пользуются темные чародеи, когда хотят привлечь себе сторонников, — напомнила Даждьроса. — Я могу сомневаться насчет снов, — продолжила она, не без труда приподнимаясь на постели. — Но мое водяное зеркало показывает ту же картину, какую я видела в вещем каменном оке моей матушки.