Тайны моей супруги

Такая конструкция была придумана специально, несколько поколений лэри учились на нём держать спину, и практика давала результаты: после этого кресла любое другое казалось очень удобным.

Интересно, лэрн Тристан Дельт-гор тоже учился держать осанку на таком кресле или ему неизвестно о прямом назначении этой конструкции? Нужно будет потом уточнить.

Регина спокойно прошла к пыточному инструменту, именуемому креслом, и попыталась грациозно присесть, но таланта быть истиной лэри, как всегда, не хватило. Мать сидела напротив в таком же кресле: прямая спина, слегка опущенные и отведённые назад плечи, сложенные на бёдрах руки, ноги крепко прижаты друг к другу, а носки домашних туфель на двенадцать градусов повернуты вбок.

Даже будучи пьяной, мать всегда умела вести себя как истинная лэри. Оглядев Регину от носков ботинок до макушки, особенно долго задержав взгляд на её лице, лэри Жанна скривилась от гнева, презрения и обиды одновременно и зашипела:

— Как ты посмела меня так опозорить?! Я всё подготовила: купила тебе роскошное платье, заняла очередь в «Ролентии», но ты посмела закрыть меня в комнате…

.

..вообще-то закрыл дядя Минос...

— ...приказать слугам меня не выпускать...

...приказал тоже дядя Минос, поэтому она и отыгрывалась на Регине, а не на них...

— ...и отправиться к Дельт-гору-младшему в этом... этом... Ты опозорила меня!..

...не дав себя подложить под неизвестного мужчину? Забавное суждение. И противоречивое. Как, впрочем, и вся логика высшего света...

— Если он откажется от твоего предложения, то я.

.. я… я… я всё расскажу «Ловцам ведьм»!

Регина схватилась за подлокотники кресла и поднялась одним стремительным рывком. Её глаза стали светло-серебряными, а ободки зрачков на несколько тонов темнее. Холодно посмотрев в побледневшее и застывшее в странной несуразной гримасе лицо матери, которая вдруг поняла, что сказала совершенно не то, что должна была, Регина медленно спросила:

— Смеешь мне угрожать?

— Я ошиблась, госпожа. Я не понимаю, что говорю, госпожа, — отстранённо произнесла Жанна.

— Больше подобного не повторится, госпожа.

Регина села на место, приняла надлежащую позу, вернула лицу виноватое выражение и опустила взгляд на пол.

Мать моргнула. Её лицо вначале разгладилось, а потом вновь скривилось от гнева и раздражения.

— Регина, ты ведь понимаешь, что я забочусь лишь о твоих интересах? — ворчливо продолжила она как ни в чём не бывало.

Маски вновь были надеты и спектакль продолжился. Как и много раз до этого.