Шальной ветер

И, по впечатлениям, именно это пламя рвалось на её губах, взрываясь и растекаясь потом по всему бессильно послушному телу, и девушка только и могла, что цепляться за плечи парня, лихорадочно гладить его лицо и словно со стороны слышать и чувствовать его судорожное дыхание...

А потом было что-то, из-за чего она медленно пришла в себя, полностью повисшая в руках Карея, всхлипывая от неизведанного ранее страстного чувства, перетрясшего всё её тело, всю её душу. В полуобморочном состоянии она всхлипнула в последний раз и начала понимать, что же вернуло её в реальность.

Её перестали целовать.

Парень, всё ещё тяжело дыша пересохшим ртом, продолжал смотреть ей в глаза. Потом с трудом заставил себя усмехнуться.

- А ты говоришь... тенденции...

Он вынул руку из-под пледа. Она не успела спросить - почему. Короткий мах ладонью - и погасли все огни, лохматой оранжевой бахромой бегущие по краям панели управления и по рамам машинных окон. И лишь затем открыл окна, потому что в машине дышать было нечем - воздух был слишком сухой и горячий.

Сначала Алекса испугалась. Неконтролируемый выплеск огня? Потом вспомнила ознакомительно-универсальный курс. С самоконтролем этот огонь не связан. Всего лишь остаточный выплеск эмоций. Не страшный, потому что иллюзорный. Поэтому Карей, ещё с отрешёнными глазами, но уже машинально убирает последствия страстного движения.

Пришлось и Алексе приходить в себя. Без его руки на талии она чуть не упала - настолько размякла. Хорошо ещё оставалась поддержка - она всё ещё прислонялась к его плечу.

Теперь Карей подоткнул плед только вокруг неё и засмеялся, когда она неожиданно зевнула. Она смущённо прикрыла рот и сердито сказала:

- Кто-то, вообще-то, обещал кофе.

- Угу... Сейчас закажу. У меня тут знакомый есть - вынесет, что надо. Или ты всё ещё хочешь в кафе?

- Лучше со знакомым, - смущённо сказала Алекса. Она чувствовала себя слишком счастливой и встрёпанной, чтобы выходить из машины и нести своё трепетное настроение нежности в люди, постепенно с сожалением развеивая его.

Ей хотелось подольше насладиться этим тёплым состоянием, внутренним ощущением разнеженной кошки.

Пока Карей заказывал по телефону, девушка смотрела на улицу и не видела ничего. Внутри всё ещё мурлыкала разнеженная кошка Алекса - правда, сквозь это мурлыканье уже пробивалась та рациональная Алекса, которая привыкла вести дом и чувствовать ответственность за каждого его обитателя. Но кошка заталкивала её обратно: она вспомнила руки, гладившие её, - и это было...