Сердце из тьмы и тумана

Хочется верить, я одарена несколько больше, чем невзрачная девица, получившая популярность благодаря богатому мужу.

Кейман хмыкнул, придирчиво выбирая самые спелые помидоры.

– Не знал. Интересно. Вы, похоже, разбираетесь в истории моды.

– Я много читаю, – все еще холодно, но уже более миролюбиво – ей явно польстил комплимент – отозвалась Ингрид. – И больше интересуюсь театром.

– Ну что ж, буду рад услышать от вас еще что-нибудь занимательное, но после обеда, в моем кабинете.

– До свидания, – улыбнулась я, а подруга буркнула что-то под нос.

Когда Кейман скрылся в толпе, Ингрид добавила:

– Клоун.

– А мне понравился. Он интересно рассказывает и, кажется, любит работу.

– Вон. – Ингрид хмыкнула. – Я же говорила. Эта сучка – любимица директора.

Я обернулась туда, куда она показывала. Кейман и Одри – та самая ненавистная Ингрид полная девушка – тихо о чем-то беседовали.

Мы бродили вдоль столов, набирая на тарелки вкусности, и от разнообразия у меня разбегались глаза. Никогда еще мне не доводилось выбирать между тремя видами супа, пятью горячими блюдами, кучей салатов, выпечки, хлеба и соусов. От того, чтобы попробовать всего и понемножку, останавливала только неловкость. Вся школа начнет ржать, если я усядусь за столик с десятком тарелок. Никто не накидывался на еду так, словно голодал все восемнадцать лет до приезда в школу, и я заставляла себя сдерживаться.

После первой половины учебного дня народ спешил подкрепиться, и свободных столиков почти не было. Пробираясь к одному такому, я заметила в углу Даркхолда в компании еще четырех парней. У двоих на запястьях болтались темные браслеты, а еще двое были водниками. Сам Даркхолд с крыльями занимал весь угол, но рядом с ним виднелось несколько свободных мест.

Он вдруг поднял глаза и кивнул мне, а затем поманил рукой.

– Идем. – Я обернулась к Ингрид.

Та округлила глаза и отчаянно замотала головой.

– К Даркхолду?! Шутишь? С ним никто не садится!

– Ну какие-то парни же сидят.

– Только ближайший круг. Не мы! Кора! Ты соображаешь, что творишь? Он же не твой однокурсник!

Признаться честно, я слегка разволновалась. Порой Ингрид говорила о Даркхолде с таким ужасом, что я невольно проникалась ее эмоциями.