Да прибудет тьма

— Так что это за нитка?

Он поерзал на лавочке, устраиваясь поудобнее.

— Я ведь тоже их вижу — эти нитки. Они тянутся от людей в разные стороны, от животных, вещей, деревьев. Разных цветов. Одни — толстые, как канаты на драккарах*. Эти в небе висят. На рыбачью сеть похожие. А есть почти незаметные, тоненькие, как волосы на голове.

— Хотела бы я сказать, что точно знаю. Но я не знаю. Могу лишь предполагать и рассказать, что от других слышала. Это энергия или Сила. У всего живого и неживого есть энергия.

Скажем, это энергия жизни. И вот эти нити всё связывают воедино, объединяют, притягивают и даже питают других, а то и забирают. От родителей к детям тянутся такие нити. Так мать чувствует ребенка, чтобы с ним не происходило. От мужа к жене тянутся нити и они понимают друг друга с полуслова. Чем толще нить, тем крепче связь.

— Мама часто говорила, что чувствует отца. Она знала, когда он голодный вернется, будь то ночь или день. Она грела еду и когда накрывала на стол, всегда в дом заходил отец.

Это казалось мне волшебством. Ещё она знала, когда ему помощь нужна была. Он не успевал попросить, а она уже рядом была.

Голубые глаза Матса устремились на воды залива.

— Помню, отец в походе был. Шли мы с… мамой из лесу. За валежником ходили на растопку. Смеялись много. У неё такая красивая улыбка была и смех звонкий. А тут вдруг она остановилась, и на лице её тень пролегла. Схватилась за бок, застонала и повалилась на землю. Я так перепугался. Рядом ведь не было никого, а до деревни далеко.

Но она быстро в себя пришла и сказала, что отца ранили. Глуп я был, не поверил сразу. А через неделю отец вернулся раненый. И рана у него была как раз в боку.

Грусть в голосе мальчика передалась Веселине. Девушка взяла Матса за руку, сжала холодные пальцы.

— Мама всегда оказывалась права. Она и про меня всё знала. Если я где коленку ободрал, ударился. Даже когда нашкодил знала. Я говорил ей, что она вёльва. А она только смеялась.

— Значит, любила она вас всем сердцем и душой.

— Я её больше не чувствую. Как и отца, — мальчик опустил глаза в землю. Затих.

— Не печалься. Родители отдают часть себя детям. Мама и папа всегда будут с тобой, пока ты про них помнишь.

— Я всегда буду помнить, — прошептал мальчик.

С залива прилетел ветерок, зашелестел в листьях раскидистого клёна, под которым стоял дом. Спрыгнул ветер на землю, погладил травинки, колыхнул цветы у плетня и снова убежал по своим делам.