Огненная избранница Альфы

Здоровый румянец раскрасил её щёки, придав лицу ещё большей прелести.

— Это его сестра, — объяснил вернувшийся Милан. — Сказала, убьёт всех нас, если с Хольгером, — он указал пальцем на бесчувственного волколака, — что-то плохое случится. Назвала вас ведьмой. Сказала, что знает: вы из тех, кто умеют лечить. Приказала вам поторапливаться, поскорей его исцелить. Грозила убить по-всякому — раз пять, наверное, я не считал. И горло вырвать, и прочее. — Он вздохнул, бросив украдкой взгляд в сторону девушки на снегу. — А с виду — ну прямо ангел.

Агнешка тоже взглянула на девушку и получила в ответ напряженный взгляд. Волчица что-то резко сказала.

— Потребовала, чтобы вы лечили скорей, — перевёл Милан.

— Если б это было так легко, как она думает, — пробормотала Агнешка, разглядывая мускулистую грудь волколака. — Помогите мне перевернуть его на бок. Надо сделать это так, чтобы не сдвинуть в его теле стрелу.

Милан помог, а затем предложил собственноручно вырезать из тела альфы наконечник стрелы. Объяснил, как бы это сделал (наверняка бы убил), так что утверждение, что он что-то понимает в лечении ран, не стоило принимать на веру.

Хорошо хоть сразу признался, что выстрелил в оборотня не простой, а посеребренной стрелой. Не той, с которой охотятся на обычного зверя, а настоящим оружием — боевой.

Теперь Агнешка точно знала, что мешает альфе исцелиться: самый большой враг волколаков — серебро. Она именно это и предположила, осматривая его, но подтверждение от охотника было не лишним.

— Та стрела точь-в-точь как эта, смотрите.

Милан достал стрелу из колчана и протянул её Агнешке. Та оказалась длинной, дубовой, с потемневшим от времени наконечником.

— Это из старых запасов, ещё с прошлой войны. От отца мне досталась. Когда отправляюсь охотиться в эти края, всегда беру их с собой. Мало ли — тут к землям нелюдей ближе всего. Опасные здесь места, но и ценного зверя много.

Агнешка внимательно рассмотрела стрелу и вернула её охотнику. Хорошо, что Милан её показал. На стреле имелись зазубрины и крючки, сделанные не от неумения, а наоборот — чтобы вытащить её из тела двуногого волка было особенно трудно.

— Слухи этой зимой ходят плохие, — сказал Милан, убирая колчан за спину. — Замечали уже не раз волколаков, а теперь и сам вижу: ходят здесь, будто у себя дома.