Кто я?

Страница за страницей были заполнены информацией, большинство из которой касалось зелий. Сделав мысленную пометку обязательно перечитать эти журналы в другой раз, Гермиона отложила их в сторону. Третья коробка была заполнена наполовину, и на нее у Гермионы ушло всего два часа, за которые она начала раздражаться. Неужели я пропустила какую-то книгу? Гермиона вновь перебрала все вещи Северуса, благо ни один его дневник, ни одна бумага не были выброшены. Гермиона просто не могла себе этого позволить.

Когда мочевой пузырь Гермионы наконец начал бунтовать, она, выйдя из кабинета, сходила в туалет, а затем быстро отправилась обратно.

Проходя по коридору, она посмотрела вниз, в лестничный пролет. Тобиас, как обычно, сидел на диване с книгой на коленях. Ей было неприятно оставлять его одного так надолго, но она должна была найти информацию. Она должна была знать, что даже если она не сможет ничего исправить, она пыталась. Ей нужно было это знать.

Затем пришел черед первой коробки с единичными листами.

Вытащив стопку бумаг, Гермиона поняла, что это надолго. Возможно, когда-то они и были как-то упорядочены, но годы и несколько переездов привели их в полный беспорядок. Гермиона просматривала пергамент за пергаментом, лист за листом, некоторые из них были исписаны латынью, и их чтение занимало у нее больше времени. Другие были написаны в очевидной спешке и такими каракулями, что Гермиона вообще не могла их расшифровать.

Когда первые пятьсот листов были просмотрены и осталась всего одна коробка, Гермиона начала злиться.

«Что я буду делать, если и в ней не найду того, что ищу?!» Открыв последнюю коробку, она продолжила поиски, и тут раздались шаги и стук в дверь, оповещающие о том, что пора ужинать. На подносе стояли тарелки с остатками вчерашнего ужина, но Гермионе было все равно. Она и так уже была достаточно зла, а еда помогала ей почувствовать себя лучше. Поставив поднос обратно за дверь, Гермиона снова принялась за работу. Эта, последняя коробка, была заполнена пергаментом так же, как и предыдущая, так что она схватила первую партию страниц и прочитала. Ничего не найдя, она взяла следующую партию бумаг. Перебрав половину из них, Гермиона нашла маленький листок, на котором было написано то, что она искала. Написано было немного, но наконец-то она нашла его, нашла клочок бумаги, исписанный паучьим почерком Северуса.

Memoriae nullius reditus/Воспоминания, которым нет возврата.