Трофеи берсерков

Не хотелось поворачиваться к нему спиной в ущелье, было не по себе, когда Денис шел впритык за ней. Понимание, что страх нелогичен, не делало это чувство слабее.

Но интуиция, как и прежде, молчала. И, пока разум метался в поиске решения, рысь с трепетом ждала, что предпримет знакомый незнакомый бер.

Денису же невыносимо видеть и ощущать страх стоящей напротив девушки. Что такого он ей сделал? Разве давал повод себя бояться? Ладно, пусть давал. Бер убил у нее на глазах другого оборотня, но сделал это, защищаясь.

Саму девушку оберегая от опасности.

Да, он берсерк и слышал все те сказки и ужасы, что рассказывают про его вид. Большая часть из них выдумки. И он, лично он, и она, именно эта девушка-рысь... Она не должна его бояться. Вся суть Дениса бунтовала против этого. Пугливая отстраненность задевала и заставляла беситься зверя внутри. А выводить его зверя уже и в самом деле опасно.

Страх в глазах врагов всегда приходился кстати и радовал, реакция на берсерка других оборотней забавляла. Теперь же неожиданно для себя Денис впервые испытал досаду от осознания, что его бояться.

Также раздражало и то, что девушка не поднимала глаз. Избегала смотреть на бера, будто ей противно.

- Я подниму тебя на руки осторожно и бережно. И спущу вниз. Если хочешь, можешь залезть мне на спину, - спокойно перечислил Денис, не выказывая клокочущей в нем злости. Упрямство – одна из основных черт его характера.

Отступать он не намеревался, Ада отчетливо поняла это. Протянутая к ней рука с открытой вверх ладонью, продолжала висеть в воздухе.

Берсерк ждал.

- Ты готов подставить мне шею? - неверяще уточнила Ада.

- А что, ты замыслила что-то недоброе по отношению ко мне? - усмехнулся берсерк наивности маленькой рыси. Та не смогла бы причинить ему вред, даже застав крепко спящим. Ни малейшей возможности ранить Дениса физически у Ады не было. Мало у кого имелось для этого достаточно силы и умения.

Но еще меньше существовало тех, кто мог ранить его душу. Вернее, таких не существовало вовсе.

Похоже, девушка-рысь вот-вот станет первой, способной совершить подобное.

Ада несколько тягостных минут стояла молча и не двигаясь. Не представляя, какие эмоции вызывает в бере, как сильно задевает своим молчанием. Когда тонкие пальцы, самыми кончиками, наконец коснулись ладони Дениса, тот вздрогнул. Не отрывал взгляда от опущенного лица. Напряженный, сдерживающий недовольство зверя и зарождающееся в груди рычание. Зная, что рыком только больше отпугнет.