Трофеи берсерков

Стояла на цыпочках и нежно проводила, не размыкая губ, по сомкнутым же губам Дена. Пальцы и губы покалывало, - пальцы от многодневной щетины, губы... наверное от напряжения, - решила Ада.

План был скромно поцеловать, сказать что-нибудь уместное: «Все будет хорошо!» или «Ты справишся!» или «Я с тобой!»... и уйти. План провалился.

Теперь уже ее поддерживали, одной рукой под ягодицы, второй под спину. Ближайшая стена послужила дополнительной опорой. И перед тем как мысли окончательно покинули голову, Ада успела понять: губы покалывало от нестерпимого желания прижаться сильнее, втянуть в рот губу Дена, обвести языком.

Так, как она сделала сейчас.

Какая там нежность, робость! Ее губы смяли – она сделала то же самое в ответ, Денис гортанно застонал, каждый вздох Ады звучал тихой мольбой. Ее ноги как-то естественно, сами собой оплели его талию, сильные руки прижали ее еще теснее. Ада совсем не скромно содействовала этому новому виду поддержки, моральной и физической.

Первым опомнился Денис, замер, тяжело дыша, и опустил лицо в Адины волосы.

Отстраниться и отойти казалось невыполнимой задачей. Ладно он... Денис и так невысокого мнения о своей выдержке, особенно вблизи Иды... То есть Ады. При всем желании не смог бы действовать иначе.

Ида не испугалась, когда он сорвался, не убежала. Мало того, она же первая и начала. Все это не укладывалось в голове.

- Тебе надо идти, - полуутвердительно, полувопросительно прошептала Ада.

Да, необходимо идти. Но это как упасть из рая прямехонько в преисподнюю.

- Буду ждать, - Ада не опустила взгляд, уверенно встретилась с разноцветным взглядом Дена.

Он не ответил, его ждет ад. У Дена благие намерения.

48

У Эрика держался сильный жар, за весь день он так ни разу не очнулся, метался в бреду и еле слышно, неразборчиво шептал. Марья сидела рядом, не разговаривала, ничего не спрашивала, не мешала целителям, но и упрямо не оставляла поста у кровати.

Слезы высохли, она не привыкла показывать свою слабость.

И теперь настроена решительно: никто не заберет у нее Эрика, ее пару. Марья готова бороться даже с самой смертью, не говоря уже о берсерках.

Ян делал, что мог, не отвергал и помощь Ады. Бер сильнее в теории, его знания несравнимо больше Адиных. Еще бы, ученик самого Хонвея! Да и практика у Яна была намного разнообразней. Правда, с ранами, нанесенными смолгами, ни один из них прежде не сталкивался. То были не больные, а разлагающиеся трупы.