Трофеи берсерков

И живое прикрывало мертвое, зелеными листиками закрывало непогребенные тела и пепелища.

К волкам прибыли глубокой ночью. Как ни гони лошадей, а старая повозка задавала свой темп. Ворота при въезде отсутствовали, высокий частокол из цельных бревен местами повален, местами сожжен. Город пуст и тих. На темных узких улицах мелькали лишь крысы и мыши, сверкая красными точками глаз. Ночь в бедствующем городе была их временем.

Фургон и семеро всадников производили много шума: подковы стучали о выложенную камнем дорогу, повозка громыхала и стонала, как войско привидений.

И все же никого этот шум, похоже, не заинтересовал. В окнах не вспыхивал свет, любопытные не выглядывали из домов-развалюх, стражники не останавливали с вопросами. Вернее сказать, и стражников-то никаких не видно. В городе волков обоз с контрибуцией встречали только многочисленные грызуны.

Генрис направил отряд к дому главы клана, Мартена. Он знал его уже много лет, вместе воевали и против смолгов в той давней войне, и против беров в последние месяцы.

Он надеялся получить от волков столь необходимую подмогу, больше воинов в сопровождение, оружие, новых лошадей. Но по мере продвижения вглубь поселения, Генрис начинал сомневаться в способности волков поделиться с кем-либо силой. Им самим поддержка была бы совсем не лишняя. Город разорен полностью.

В отряде все уставшие донельзя, взмыленные лошади медленно переставляют копыта. Они ехали больше суток, всего несколько раз останавливаясь на короткий привал, чтобы поменять лошадь, тянущую фургон, да наскоро перекусить.

Воины, мягко говоря, не были довольны таким поворотом событий, бесконечной изнурительной дорогой, холодом и голодом. Но единодушно согласились, что лучше так, чем рисковать столкнуться со смолгами. Мысли и воспоминания об увиденном на их залитой кровью стоянке подгоняли в спину сильнее любого попутного ветра. Гнали все дальше от опасности или, наоборот, приближали к ней. Ни в чем нельзя быть уверенным.

Оборотни попеременно перекидывались и неслись вперед обоза в зверином обличии.

Заворачивали в лес на разведку, ловили чужие запахи, проверяли безопасность пути и заодно давали телу хоть какой-то отдых и разнообразие движения.

Ада снова пристроилась к щели подглядывать, не могла себе позволить долго отсиживаться в углу. Чем раньше выяснит положение дел, тем вероятнее, что сможет вовремя среагировать. Вовремя и правильно.

За время пути они более или менее пришли в себя, существенно в этом помогли слезы.