Трофеи берсерков

Даже Аде и сестрам, замершим рядом с фургоном, показалось, что волчица именно им посылает свой темный взгляд. Правда, расшифровать загадочный посыл проблематично. Уметь так смотреть - настоящее искусство.

Нелет уступала подруге самую малость. Также одета в брюки, заправленные в высокие сапоги, и жилетку, которая обтягивала и подчеркивала красивые формы. Волосы крупными каштановыми кудрями ниспадали до лопаток. Глаза, правда, не имели той загадочности и блеска, что у Марьи, но красивой формы, обрамленные длинными ресницами, глубокого карего оттенка, и они могли покорить сердца многих.

Подруги уверенной походкой от бедра подошли к рыси и двум лисичкам. Ханна с Адой подобрались, не представляя, чего ожидать от волчиц.

Соблазнительные алые губы Марьи медленно растянулись в улыбке, недоброй и хищной.

-Хм... это даже не смешно, - протянула волчица, окидывая девушек взглядом с ног до головы. Она сморщила свой идеальной формы нос. Бледненькие, серенькие, затюканные, маленькие, не очень свежо пахнущие, одеты в поношенные мешковатые одежды, жмутся друг к дружке.

Из дома вышел и Мартен – попрощаться с дочерью и еще раз переговорить с Генрисом. Для транспортировки своей платы клану волков пришлось предоставить небольшую повозку. Туда загрузили весь многочисленный скарб, который волчицы увозили с собой. К превеликому облегчению Ады, им не придется делить тесное пространство в одном фургоне.

Отец подошел к дочери, отвлекая её от разглядывания слабеньких конкуренток.

- Марья. Будь достойной дочерью клана Волков, - строго гляда на девушку, произнес Мартен.

- Да, отец, - Марья повернулась к мужчине.

- Помни, о чем мы говорили.

- Да, отец, - из-под опущенных ресниц стрельнула взглядом на стоящего неподалеку воина волка. Он поглаживал морду крупного вороного коня и не сводил с волчицы глаз.

- Эрик поедет с нами? - спросила, так и не посмотрев в лицо родителю.

- Да, путь опасный.

- Он будет мне мешать.

Глава волков окинул взглядом двор, задержался на упомянутом Эрике, поразглядывал крепких воинов рысей и лис.

- Ты справишься, - он положил крупную мозолистую ладонь на затылок дочери и скупо погладил. - Не подведи меня.

- Да, отец, - Марья еще ниже опустила голову. Если бы кто-то видел ее глаза в этот момент, ужаснулся бы силе пылавшей в них ненависти.