Гимназистка. Нечаянное турне

Я в упор не помнила, любила ли я оперу раньше, в той жизни, но в этой искренне наслаждалась вокалом мисс Мэннинг. И не только я: зал заворожённо внимал переливам её голоса, не было слышно даже дыхания, не говоря уже о разговорах или кашле. Песцов так вообще подался вперёд, поедая певицу глазами и чуть ли не облизываясь. Магия не действовала только на Соболеву: она явно маялась у стены, вздыхала, поднимала глаза к потолку и шевелила губами. Возможно, подсчитывала прибыль от концерта, а возможно — время, оставшееся до его конца.

В любом случае она молчала, что само по себе было замечательно.

Концерт затянулся. Программа давно закончилась, но зрители в который раз умоляли мисс Мэннинг спеть что-нибудь ещё, и она снисходила к их просьбам. Соболева начала нервно пристукивать каблуком, но замерла сразу, как только Песцов к ней повернулся, и встретила его полной неподвижностью и сладко-вопросительной улыбочкой. Рот открывать в недоуменном вопросе она предусмотрительно не стала.

На сцену неожиданно забрался какой-то хлыщ и, припав на одно колено перед мисс Мэннинг, страстно заговорил, пытаясь облобызать обе руки певицы.

— Ой, уведут, — испуганно выдохнула Соболева, подавшись к Песцову своим могучим бюстом. — Дмитрий Валерьевич, как есть уведут мисс Мэннинг. Куда же вы смотрите?

Песцов сразу развернулся от неё, чертыхнулся и скомандовал опускать занавес. Как назло, что-то там в механизме заело, он скрежетал, но ни в какую не хотел проворачиваться.

Тем временем на сцене разыгрывалось целое представление. Мисс Мэннинг безуспешно пыталась выдрать руку у слишком активного поклонника то ли её, то ли её таланта, что, впрочем, не существенно в данном случае. Она что-то успокаивающе говорила, и с её лица не сходила улыбка, которая казалась намертво приколоченной. Но взгляды, которые она бросала на нас, явно были умоляющими. Песцов самолично дёрнул рукоятку, и занавес свалился на сцену, словно только и ждал, когда его наконец уронят.

— Боги мои, вы же сломали механизм, — возмутилась Соболева.

Она бросилась к рукоятке и подёргала, но та заклинилась намертво.

— Его сломали до меня, — бросил уже на бегу Песцов.

Я последовала за ним, справедливо полагая, что моя помощь может понадобиться скорее мисс Мэннинг, чем Соболевой, которой для дёрганья рукоятки переводчик не требовался.