Нарисую себе сына

В общем, «тема» «теоретически» обоснована. Однако вскоре иссякла сама:

- Да чтоб тебе язык твой за такие фантазии… - воздела с крыльца руку монна Розет и, вдруг, прихлопнула ее к пышной груди. – О-ох… Ты картошку то из погреба себе достал?

Мессир Беппе, вздохнув, недовольно буркнул:

- Достал.

- Ага. И сапоги свои в латку сапожнику доставай из повозки, а то, ведь, в третий раз с ними назад уедешь.

- Сейчас выну… Розет?

- Ну чего тебе?

- Ты, это… девочке с собой чего приодеться, а то…

- Ой, а ты у нас – самый умный.

Зоя, дочка!

- Да-а?

- Пошли назад в дом. Будем тебе наряды подбирать, - и, завидя мой растерянный взгляд, зашлась в смехе. – Да ты никак… испугалась?.. О-ох, сегодня мы и в правду, чего-то… дали жару. Видно, соскучились… Пойдем, дочка… Марит, а ты пока помидорчиков с перцами в большую корзину надергай. Тоже – вам с собою…

Так что, огородами и садами чужими к дороге на Козью заводь я пробиралась вполне прилично для этого дела нарядной.

И даже весьма обутой. Рядом гундела на их размеры Марит, вполголоса до самой последней плетеной изгороди. А потом, перескочив и через нее, потопали по тропке, ведущей вдоль склона горы, в обход деревенских тылов.

- И вот, что странно: ни одна собака нас не облаяла.

- Угу, - старательно удивилась я. – А ты с нами надолго останешься?

- А, дня на два, - махнула рукой подружка. – Пока дед вещи от родителей не привезет. И тебе успею все заодно показать. Ты ж теперь – у него на хозяйстве.

- Это – вместе с волкодавами, что ли?

- Нет. Волкодавы Салоху доить не умеют. Да и супы варить тоже. И еще они искусству стирки не обучены, хоть и жутко умные. Ты-то все это сможешь?

- Угу… - а в дозоре оно, наверное, было б гораздо проще… - Марит, только, насчет козы.

- А-а. Я научу… Ой, а вон и Малай нас встречает. Значит, дед от хлебной лавки уже свернул…

Марит махнула через перевал спустя целых четыре дня. Мы с мессиром Беппе и Малаем ее провожали.

Тропинка туда от Козьей заводи совсем близко – каких-то три с лишним мили. А сам перевал… Десять миль, узкой, кренделями петляющей вдоль обрывов дороги. А еще, вдоль полей из мелких горных цветов и редко натыканных по ним ульев. И лишь в самом конце – разветвление. Прямо - к Диганте, влево – в земли клана бенанданти и чуть позже – направо. В уединенную деревушку с такой же уединенной усадьбой, террасами спускающейся вниз. А потом вернулись назад.