"Неотложка" вселенского масштаба

— Да! — Машэ умела так искренне, по-детски радоваться, что делать ей подарки, воплощать желаемое было невероятно приятно. Даже не знаю, кто радовался больше: она – моим подаркам или я – её радости.

— Хорошо.

И я воплотила ещё парочку рядом с первым, и ещё три штуки вдоль узкой тропинки из высоких пней.

Машэ, увидев их, покивала и заулыбалась так, что раскосые её глаза исчезли в складках век, а я только потрепала её по отросшим чёрным волосам.

Мы прошли к нашим комнатам, и когда она уходила к себе, на меня пахнуло разогретыми на солнце соснами и лесными травами, послышался птичий пересвист.

Там, за дверью, которую Машка закрыла за собой, спрятался солнечный день в лесу – она предпочитала принимать ванны, купаясь в своём пруду.

А я не возражала – у нас каждый имел право жить так, чтобы чувствовать себя счастливым. И раз жизнь в лесу для неё счастье, значит, пусть так и будет. И я зашла к себе, в привычно белую комнату с высокой постелью и, прислонившись лбом к стене, замерла.

В душе уже не было того чёрного провала, в который меня засасывала паникой, где накрывало с головой бесповоротностью и окончательностью ужасного конца. Как же замечательно, когда не боишься! И я сказала прямо в стену:

— Спасибо, Всёля. Ты так вовремя её позвала.

Стена чуть дрогнула и голос в моей голове прошептал: «Тебе надо разобраться со своими страхами, Ольга, и всё прекратится, моя помощь будет не нужна».

— Надо. Кто бы спорил, я — не буду.

Отклеилась от стены и побрела в ванную.

Разберусь. Обязательно разберусь. Как-нибудь потом. Я вошла в царство воды и мыльных пузырей, чудесных ароматов и яркого света, сбросила грязную одежду. Нырнув в маленький бассейн с жемчужной водой, подумала: «Потом разберусь. Обязательно. А пока я не готова. Прости, Всёля».

Не готова.

Не созрела.

Мне нужен этот страх, эта паника. И именно сейчас.

Зачем? Не знаю.

Наверное, я надеялась, что справлюсь, что всё забудется и уйдёт само, так же как пришло. Ведь я не боялась, пока обживалась здесь, пока устраивалась и пока Всёля учила меня всему, что нужно было знать.

Я долго жила одна, и мне было хорошо, спокойно. Бывали тревожные сны, иногда – беспокойство, но таких кошмаров, как после прогулки по отцовскому лесу – нет.

За всё то время, которое я жила на станции, всего дважды, два несчастных раза попросила Всёлю устроить мне прогулку. В первый раз нашла Машэ, а во второй… Во второй едва снова не попалась в лапы Игоря.