"Неотложка" вселенского масштаба

— Предназначено богиней?

Надежда, страх, ужас, боль, потрясение смешались в этом взгляде.

— Ну, не богиней... — неуверенно проговорила я и уточнила на всякий случай:

— Всёля, ты у нас богиня?

— Нет, я просто Вселенная.

— А зачем тебе Машэ?

— Она Великая Мать.

— Что?!

Мать?Но... как?

— Не знаю. Сделай её счастливой, а там посмотрим.

— Ну и зданьице у вас, госпожа Вселенная!..

— Машенька, всё у тебя будет хорошо, — это уже вслух и с кривой улыбкой.

Как девочке, которая не мыслит себя по-другому, как замуж любой ценой (помню я эти следы переломов), знать, что не сможешь родить ребенка?

— Ольга, не реви! Лучше думай о том, что я сказала.

Хорошо. Я подобрала слёзы и решила, что буду искать то, что сделает её счастливой. И буду ждать, пока Всёля скажет что-то более определённое, чем «она мне нужна и нужна счастливой».

Правда, вслух об этом я говорить не стала.

Глава 3. Сделать счастливой Ума-Шен

Как сделать её счастливой? Это был очень сложный вопрос.

Вот в процессе его решения, вернее, зайдя в тупик, я и придумала ещё раз выйти на прогулку. Как я об этом потом жалела! Но сейчас не об этом, сейчас о том, как я пыталась сделать счастливой Машэ.

Было сложно.

Она всего боялась. Даже в комнату побоялась заходить, в ту, что для неё сотворила Всёля. Заглянула туда, не переступая порога, обернулась – на лице испуг, и убежала прятаться в столовую.

Одеть прилично я её не смогла — она отказывалась от всего, кроме просторных штанов и длинной рубахи, делавших её бесполым серым созданием.

И неизменная косынка.

А когда она однажды утром обнаружила у себя на голове ёжик жестких черных волос, вообще устроила истерику. Ну как истерику... Проплакала полдня, сидя на моем любимом диванчике, в том самом уголочке, что успокаивал и меня. И так жалобно смотрела оттуда, будто я не волосы ей отрастила, а рога.

И ночью Всёля разбудила меня громким криком, как мне показалось, в самое ухо: «Срочно в пищеблок!».

Она даже забыла, что это какая-то там аула.

Я ворвалась туда, когда девчонка столовым ножом пыталась под корень срезать себе коротенькие росточки волосы. Отобрала у неё нож, строго спросила:

— Это что такое?

Она скривилась, а потом вдруг заревела и бросилась мимо меня.

Если бы с таким столкнулся Игорь, он бы просто задушил неблагодарную, переломав ей предварительно руки и ноги.