Сердце Императора

Я всё думаю, вдруг он вовсе не вернётся?

— Кто? Твой пернатый обожатель? Не поверю ни за что, — руки адепта остановились на уровне колена. Отчего-то на сей раз бесцеремонно лезть под юбку к Лив не получалось. А в памяти вдруг всплыли все насмешливые замечания Трилы, которые она выдавала накануне. — Вот. Дальше справишься сама?

Он встал и забрал у неё баночки. Отвернулся к столу, чтобы закрутить крышки, поставить все лекарства на поднос и хорошенько вытереть руки о тряпицу, дабы браться за книги. На Лив он не оборачивался до тех пор, пока она не встала с места.

Вместе они отыскали ещё десяток дневников, которые вёл Кассиус Хагмор. Ливи снова удобно расположилась на подоконнике. Вен занял место в кресле.

По большей части рассказы покойного импери посвящались его отцу и повседневным делам, но временами встречались истории о предках, которые передавались из уст в уста сквозь поколения. Кассиус увековечивал легенды, в которые Венворт погрузился с большим удовольствием. Он не мог не отметить прекрасный слог, которым Хагмор излагал свои мысли.

Однако, легенды внезапно закончились. И Кассиус решил поведать потомкам о том, что…

— Любопытно, — Вен нахмурился. — Здесь говорится о способностях Пастырей древности.

— Что именно? — Ливи отложила журнал, который она изучала, в сторону.

— Кассиус пишет, что импери с таким даром пользовались особым уважением, — он отыскал нужный абзац и прочёл вслух: — Пастыри с их влиянием на чувства, мысли и ауру обладали уникальным даром.

Они могли не только подчинять себе исполинских бестий, но и усыпляли их, оставляя в недоступных для прочих людей уголках мира. Во время войн между родами импери часто решающую роль играли Пастыри с их бестиями, которых они пробуждали и обрушивали на противника. Известны десятки случаев, когда драконы испепеляли целые города за считанные часы. Их инфернальный пламень не оставлял ничего, кроме дымящегося обсидиана. Однако, именно Пастыри позволили Арсии сдержать крылатых змеев и значительно сократить их популяции.

Адепт поднял взор на девушку. Та поёжилась.

— Вот откуда все легенды про спящих чудищ в недрах, — прошептала Лив.— Бестии не сами засыпали. Их одурманивали подобные мне и моей бабушке. Чтобы потом поднимать и уничтожать невинных.

Ливейн поморщилась и прижала руку к горлу, будто боролась с подкатившей тошнотой.

— Это не о тебе, — попытался успокоить её Вен.

— Что там ещё написано? — Ливи кивнула на дневник в его руках.