Сердце Императора

Мешал священному действу. Искры падали на промёрзшие деревяшки и тотчас гасли.

Прошла минута. Другая. Затем третья.

Брат сделал было шаг, чтобы помочь.

— Я сам! — коротко отрезал принц Кевендил.

Он стучал огнивом снова и снова. Безрезультатно.

Время шло.

Люди переглядывались. Кто-то зашептался. Но Трила даже не могла оглянуться, чтобы посмотреть, кто это был. Она стояла спиной к толпе, лицом к погребальному костру, который никак не желал разгораться. Трила понимала — он и не разгорится, если действовать так и дальше.

Ей стало жаль отца. И ещё более жаль деда, который лежал на ветру в ожидании ленивого пламени.

Она опустила руки вдоль тела. Стиснула заледеневшие пальцы в кулаки до боли. Зажмурилась.

Как бы отец отнёсся к тому, если бы она прибегла к чарам эту минуту? Угадать невозможно.

Девушке вдруг сделалось так холодно, что захотелось немедленно оказаться в тепле. Не у себя в комнате. И не у очага. А в доме Хагмор. В постели Оствана. Той осенней ночью, когда он принёс её и уложил спать. Когда обнимал её во сне.

Его послание всё ещё лежало средь её вещей.

Что бы сделал Ост? Её огненно-рыжий, неунывающий друг.

— Помоги мне, — беззвучно произнесли её губы.

Трила даже не знала, к кому именно обращалась. К Оствану или же к кому-то ещё.

Слеза побежала по щеке, обжигая кожу.

Ей вдруг почудилось, что она чувствует холодную скалу даже сквозь подошвы сапог. Недвижимый, чёрный камень едва заметно дышал. Трила не входила в транс, но могла поклясться, что слышит это дыхание. Она сосредоточилась и мысленно опустилась глубже, сквозь невидимые глазу трещины внутрь утёса.

А оттуда — ещё глубже. Туда, куда даже мороз не доставал.

Камни. Песчинки. Окаменелые останки растений. Ракушки, стёртые веками в пыль. Слои древней истории. Незыблемые и настолько прочно сросшиеся друг с другом, что вековечный утёс казался лишь древесной трухой, сваленной сверху ураганом. И там в недрах дремала сила. Огромная, как океан. Могучая. Непостижимая. Она колыхалась тёплыми волнами в едва нарушаемой статичности.

Будто живое существо. Эта сила была практически бесцветной, в отличие от иных энергий. Лишь крошечные вкрапления золотой пыли мерцали в её толще.

Сила эта не принадлежала никому и ничему. Она словно забыла, что она такое. Утратила свою суть. Опустилась на самое дно этого мира и пребывала в забытьи, обласканная золотыми искрами энергии импери. Эхо сил Хагмор колыхалось в её толще. Оно будто брало начало в этой силе, как дерево корнями берёт начало в благодатной почве.