Сердце даэдра

— Тебе стоило получше прятать свои записи перед уходом. Новички нашли их и попытались выполнить тот старый ритуал призыва. Появился дремора и едва не убил их! — ярость Онмунда только нарастала, когда он видел невозмутимость колдуньи.

— Тебе не кажется, что стоило бы научить твоих адептов хорошим манерам и технике безопасности? — ледяной тон Алисии обычно пугал менее опытных волшебников, но Онмунд был не из трусливых.

— Непременно проведу с ними беседу. Но твои эксперименты опасны. Кто знает, что случится в следующий раз? Ты ставишь под угрозу всю коллегию ради своего любопытства! Прекращай свои выходки, или я буду вынужден просить архимага о твоем исключении!

Онмунд почти выкрикнул последнюю фразу и уставился на Алисию, видимо, ожидая услышать от нее слова раскаяния.

«Пошел ты к Боэтии на рога», — мысленно выругалась колдунья, сжав кулаки. — «Тупые ученики творят, что хотят, прямо у тебя под носом, а виновата в этом я!»

Вместо ответа Алисия обернулась и демонстративно зашагала к выходу.

— В качестве наказания возлагаю на тебя уборку зала! — крикнул Онмунд ей вслед.

«Да он смерти своей хочет!» — Алисия глубоко вздохнула, стараясь не показывать охватившую ее ярость.

— В таком случае чистоты тут не будет никогда. Я ни в чем не виновата и не собираюсь работать из-за чужой глупости! — с этими словами колдунья громко хлопнула створкой двери.

Алисия почти бегом взобралась на вершину одной из башен, где — вдали от общих комнат — жила и проводила некоторые из своих экспериментов.

Широкий зал, перегороженный для удобства ширмами и книжными шкафами, был хорошо освещен солнцем, лучи которого падали из нескольких стрельчатых окон. Из люка, который вел прямо на крышу башни, тянулся сквозняк. Как и всегда в ветренный день. Мерзнуть Алисия не хотела, поэтому прошла в ту часть комнаты, которая служила ей спальней. Здесь, у стены, отгороженная стеллажом со свитками и ширмой, стояла старая кровать, неподалеку от нее — камин, угли которого приятно тлели и грели по ночам.

Алисия принялась привычно разбирать вещи и записи, когда почувствовала, как кольцо, которое она уже привыкла носить на длинном шнурке, привязывая к ремню, обдало кожу жаром. Как правило, такие сигналы Эштон подавал, если у него было свободное время, чтобы поболтать.

Алисия прочла заклинание призыва и отвернулась к книжному шкафу, с трудом впихивая на полку с черновиками очередную тетрадь.