Земляника для короля

— Ваши дети были больны. У нас на Земле такое заболевание называется умственная отсталость. С помощью ментального дара я вылечила их. Больше никаких вмешательств не было.

— Что и требовалось доказать! – воскликнул сен Марози!

Тут подскочила сена Марози.

— Люди добрые, чует мое сердце, что она и Иржика заставила спасать ее жалкую жизнь.

Зал заволновался. Практически все подскочили и начали, что-то кричать. Кто-то орал на меня, кто-то пытался успокоить своих соседей. Староста подбежал к тарелке, видимо гонгу, и начал по нему стучать.

От него было много шума, но никто не унимался.

— Хватит, остановитесь! – кричал Айрил.

— Долой школу, долой ментальных поработителей! – заорал кто-то из толпы и люди ринулись из здания наверх, по-видимому, в мой класс. Отец со старостой бросились туда же. Я осталась стоять посреди зала.

Ко мне подошла сена Сосесоид — мать Иржика. С ненавистью взглянув в глаза, она плюнула мне в лицо. Я замерла на месте. Мы стояли и смотрели друг на друга не отрываясь несколько мгновений.

Наконец, женщина встрепенулась, опустив плечи развернулась и вышла из зала. Я сползла на лавку.

Одно слово и лицо очищено. Как жалко, что я не могла точно также волшебным заклинанием починить свое сердце. Я слышала, как наверху громили класс. Звон стекла, грохот от падающей мебели. Крики, топот.

Появилась мысль подчинить людей у которых нет осканита и вывести оттуда. Я не хотела, чтобы кто-нибудь пострадал. Но тогда у меня может оказаться еще меньше союзников. Кому понравится делать что-то против своей воли? С другой стороны какая разница что будут думать обо мне? Главное, чтобы все были целы.

Я приоткрыла щиты, чтобы проникнуть в мысли незащищенных осканитом и вдруг услышала:

— Пожар! Дом, чей-то дом горит, бегите, спасайте, чтобы пламя не перекинулось на другие хаты.

Толпа ринулась вниз, в зал забежал растрепанный отец.

— По-моему горит твой дом! Пойдем, тебе нельзя оставаться одной!

Мы вместе с обезумевшей толпой неслись по улице. Действительно от моего дома уже практически ничего не осталось.

Многие остановились и злорадно хохотали, глядя как исчезает в огне жилище. Отец тут же пошел тушить пламя. Ко мне подошел староста Айрил.

— Это поджог, Кэтти, только я не могу понять как? Там ведь стояла охрана. Все кто может ее открыть были в зале собрания.

Мне хотелось сказать, что не все, но промолчала. Мы наблюдали, как работает Кряжек. Я почувствовала, что сегодня не пойду в отчий дом, не смогу. К нам подскочила мать Сиастика.