Враг моего сердца

Да, говорили многие, что любить-то он не умеет, не может ни к кому привязываться — его душа стылая к такому не годна. Но как же Мира? Не невеста, конечно, да приятно ему с ней бывать, раз она к нему бегает по первому зову. Отчего бы мавке ей не прикинуться было?

Елица вынырнула из странных размышлений, перестав поправлять веточкой свежие дрова в костре — и снова на взгляд Ледена натолкнулась. Заметила за собой, как тихо вздохнула, словно медленно вошла в только скинувшую лёд воду: обжигает сначала нестерпимым холодом, аж сердце замирает.

Ринуться бы назад, закутаться в тёплое. Но вот ещё немного — и кожа горит, немеют мышцы от непоколебимой, страшной и губительной воли его. А сил двинуться уже нет. Да и не хочется.

Елица моргнула, сбрасывая непрошенное наваждение, облизнула губы, опуская взгляд и не зная, куда и деться от смятения. Леден тоже встрепенулся, встал тут же и пошёл наружу.

— Ещё сушняка принесу, — буркнул рассеянно. — Поутренничаем, а там выходить пора.

Едва подкрепившись на дорогу, они вновь пошли на запад вдоль русла.

И всё нынче поменялось как будто. На небоскате, помалу поднимаясь над умытыми кронами сосен, сияло нынче тёплое Дажьбожье око. И словно расступались тёмные стволы в стороны, показывая хорошо протоптанную тропу, что, наверняка, вела к веси. И, показалось, не успели они с Леденом ещё и далеко уйти от своего укрытия, как услышали вдалеке громкие оклики. Елица припустила быстрее, обгоняя княжича — и увидела вдалеке трёх мужей, которые шли им навстречу. А впереди всех — сам Остромир. Заметив её, он едва на бег не сорвался, и она поспешила к нему, торопясь поскорее вынырнуть из этого странного полусна, в котором оказалась.

— Я чуть умом не тронулся, как без тебя мужи вернулись. Сказали, была рядом и вдруг — пропала, — забормотал он, прижимая Елицу к себе. — Сами заплутали тоже, едва вышли…

— Я до утёса какого-то дошла. Оттуда речку видно.

— Так то Утопленник, — удивлённо посмотрел на неё староста. — Он не так уж далеко от нас.

Чего же так долго не возвращалась?

— Леший её водил, — Леден подошёл со спины и остановился, поглядывая на мужчин, что окружили Остромира с Елицей. — А после она меня нашла. На том утёсе.

Лицо старосты тут же стало суровым и неприветливым. Он обнял Елицу за плечо, будто защитить хотел не от нечисти, а от остёрца больше.

— Одни беды от тебя, — бросил ворчливо. — Идём. Вас отмывать до завтра придётся в бане.

Так и вернулись в Радогу.