Враг моего сердца

Они минули угрожающе нависшую над головами арку и по выбитым в камнях ступеням спустились в сумрачную, окружённую со всех сторон гранитной стеной чашу. Здесь в самой серёдке ровного круга стояло потемневшее от времени изваяние Велеса: кряжистого мужа с длинной бородой и сучковатым посохом в руке. С другой стороны идола вырезанная морда медведя скалилась распахнутой пастью. Вокруг него остались следы старых кострищ: всего девять — неглубокими чёрными ямками вдоль стены святилища. Требный стол из одного плоского камня, установленного на другом, покосился, рискуя обрушиться.

Под ним и возле него валялись остатки старых подношений: осколки мисок, почти истлевшие обрывки ткани и какие-то округлые колышки.

Леден медленно обошёл святилище, внимательно оглядывая всё вокруг, и на лице его всё явственнее проступало разочарование: здесь как будто ничего не было.

— Не вижу ничего, что было бы похоже на Сердце.

Он присел на корточки и поднял с земли какой-то медный оберег. Повертел в пальцах и запрокинул голову, глядя в небо, что уже начинало желтеть в преддверии заката.

Он прикрыл веки, словно ответа хотел спросить у Богов, куда идти теперь. Ведь Елица тоже этого не знала — и потому молчала, решив, что так будет лучше.

— А откуда ты знаешь, что нет его здесь? — всё же поинтересовалась она осторожно.

— Сердце я почувствую, коли рядом с ним окажусь, — нехотя ответил Леден. — Оно как уголёк меня прижжёт.

Вот, значит, отчего Чаян так охотно брата от себя отпускал.

Знал, что тот не позволит обмануть, выдать за Сердце какой обычный оберег, кругляш бесполезный. И как хитро они это утаили. Непонятно только, почему Леден сейчас всё рассказал.

— Надо осмотреться тут ещё, — мирно предложила Елица, отчаянно пытаясь по лицу угадать настроение княжича. — Может, что-то укажет?..

— Укажет… — тот хмыкнул и встал. — Ты, верно, поиздеваться решила надо мной, княжна?

Его голос снова полоснул наточенной сталью. Леден подошёл стремительно и впился взглядом в лицо, словно и правда искал на нём следы насмешки.

Елица вскинула руку к воротнику плаща, сжала застёжку — сердце подпрыгнуло и тревожно забилось, до духоты, до холодка по спине. Сколько бы она дней в пути ни провела с ним, сколько ни придётся провести ещё, а всё равно пугал он порой.

— Я думала, что оно может быть здесь, — Елица покачала головой, пытаясь не отвести взгляда, не показать робости. — Но я ошиблась.

— Ошиблась, — вздохнул княжич, остывая.