Хозяйка Чернолесья

И пусть старуха на деле оказалась гением, а кот — младший принц. Со стороны ситуация всё равно будет выглядеть странной.

— Скажи-ка, милый, а ты пока во дворе за девками подглядывал, ничего важного не услышал?

— Мр-р-р!

Кошак поднял хвост, выпятил грудь и важно прошелся по моей кровати туда-сюда. В достаточной мере насладившись моим интересом, хлопнул лапкой по ошейнику. Серебристому, довольно дорогому. Я наклонилась ближе и коснулась подвески на нем. Раньше причудливая серебряная фигурка терялась в густой шерсти на груди.

И только теперь я обратила на нее внимание.

Маленькая бутылочка, в которую кто-то особенно изобретательный засунул записку. Пробку я извлекла пинцетом, а письмо подцепила иголкой. А потом догадалась произнести заклинание истинной формы. Один неосторожный пасс рукой и записка превратилась в целый свиток.

— Вот это подарок!

В три столбика на площади всего свитка крупным почерком были выписаны имена заговорщиков. В самом конце королевский палач вписал и своё имя с пояснением, что его обманом заставили сотрудничать.

Использовали заклинание подчинения, завязанное на древней магии крови. А когда одному из самых сильных и преданных короне магов удалось отгородиться от чужого влияния… Заговорщики похитили его годовалую внебрачную дочь. Единственную. Рождённую любимой женщиной, которой не стало в процессе родов. Он предал короля и королеву, но просил простить его за то, что отцовский долг перевесил присягу.

“Я не жду прощения для себя, Ваше Высочество.

Лишь молю о милости для дочери и её родной тёти, которая осталась единственным родственником у малышки”.

Сестра Ульрика — его точная копия. Два метра ростом, косая сажень в плечах и тяжёлый нрав. Она осталась старой девой, хотя приданое брат за ней давал весьма неплохое. Так что растить внебрачную дочь своего брата для неё, возможно, единственный шанс почувствовать себя матерью.

Я прокрутила в памяти досье на палача и всю его семью, включая постоянную любовницу, которую он выкупил из борделя, когда той еще не было и восемнадцати.

Он купил для неё квартиру, устроил подмастерьем к одной умелой модистке, а потом и собственное ателье помог открыть. На увеселительные мероприятия свою драгоценную Ульрик не приводил, на прогулках с ней не светился, да и вообще был предельно осторожен. Мало ли, кто из родственников казнённых им людей, захочет отомстить.

Единственная причина, по которой я знала о Лизи — Ульрик обратился за помощью ко мне сам.