Золотая долина

Я хорошо умею печь. Сладкие пироги с ягодами в меду, коврижки, медовые пряники. Но лучше всего у меня получаются пироги и пышные лепёшки с травами и молодым сыром. Я хотела напечь их в дорогу, но меня с братом отправили мыть песок в ручье, чтобы у дяди Басто был запас, пока меня не будет.

– Вот бы попробовать! – Анкан мечтательно закрыл глаза. – Я не люблю сладкое, но молодой сыр с травами — это очень вкусно.

– Обязательно попробуешь! Испеку, как только вернёмся. И ты приходи, – кивнула она Алгару.

– Приходите все. Сразу после того, как развесим рыбу и уберём ягоды. Перед началом осенних работ устроим себе праздник!

– Можем собраться на общем западном дворе. Там хорошая печь, – сказал Алгар, облизывая пальцы. – Если лепёшки получаются у тебя ещё лучше, чем это, то я съем не меньше десяти.

– Приноси молодой сыр, я наберу трав, – рассмеялась Пасси.

– Договорились!

Они долго сидели, болтая, потом поиграли в «делай или отвечай».

Когда солнце подошло к бесконечным скалам, высившимся вдоль берега справа, с ними поравнялись две лодки, и рыбаки какое-то время перекрикивались.

19. Видишь?

Нарто жестом подозвал Алгара, и тот вернулся к друзьям с новостями.

– Мы не будем ночевать на берегу. Нарто сказал, что надо пользоваться ветром и погодой. Рыбаки решили идти без остановок.

– Ты хочешь сказать, что мы будем плыть всю ночь? – уточнила Аяна, глядя на небо, которое затянулось неплотными легкими облаками.

– Да. В прошлом году в вечерний прилив мы высаживались на берег и ночевали в маленькой бухте, но в этом году они решили идти дальше без высадки.

Тили, которой до ужаса хотелось как следует размять ноги, печально вздохнула, потом улыбнулась.

– Ну и ладно, зато на место прибудем не к вечеру, а с утра! Пойдёмте на нос!

Уровень прилива позволял подойти поближе к берегу, и с такого расстояния прибрежные скалы и утёсы казались ещё выше и неприступнее.

Пасси вязала второй носок, тихонько мурлыкая себе под нос. Аяна лениво добавляла петли в свой шнурок, Тили рисовала в маленькой книге для записей узоры для тканых поясков, а Коде взял нож и выстругивал челнок для станка. Алгар почти закончил свою корову и теперь кое-где осторожно дорабатывал ножиком деревянные прядки шерсти.

Солнце скрылось за скалами, начало темнеть. Ветер снова поменялся и стал прохладнее.