Трактирщица

Она запретила их надевать в свет, заставляла выбирать положенные по статусу дорогие ювелирные изделия.

Оставив себе на память только любимый медвежий клык в серебряном колпаке, последний подарок матери, я раздарила остальное девочкам, снова слушая радостные писки и визги. Костяные бусы, жемчуг и фероньерку, нарядное налобное украшение, отдала Нэди, Каро и Риль соответственно. Никого не обидела. 

Целые башни книг мы разбирали с особой радостью. Руфус прятал самые старые и дорогие книги, а Нэди приносила самые полезные.

Так у нас набралась библиотека научных фолиантов, парочка книг по тёмной магии и три тома теории магии, по которым Руфус учил меня. А ещё тут были книги рецептов народов мира, пособие молодой матери, сборник секретов садовода, энциклопедия целебных трав и куча всего прочего. Я даже расцеловала Нэди и Руфуса, неустанно благодаря за предусмотрительность.

— Скоро придётся вести каталог книг, — вздохнула я, доставая из стопки один дорогой фолиант, и отправилась к оборотням.

 

Сашар встретил меня на пороге отведённой им комнаты. 

— Безумно редкий экземпляр, — сказала я, протягивая фолиант. — Книга о том, почему оборотни всё реже встречают своих истинных. Вообще, мало кто занимался исследованием этого вопроса, но маме почему-то было интересно. У нас с десяток книг на похожую тематику в библиотеке. Но эта — единственная, которую мама назвала разумной. Тут несколько теорий, разные пути решения проблемы. Не знаю, слышали ли вы об авторе, но пусть книга будет у вас.

Отец говорил, что ваша стая занимается поиском решения. 

— Верно, — вожак кивнул. — Но она же на древнем языке? Как вы поняли, что здесь написано? 

— Мама переводила между строк. Я только поэтому в неё когда-то и полезла. Было интересно, какой у мамы почерк. 

— Лина Хельда, книги на древнем языке стоят огромных денег, — уверенно заявил Сашар Биторого. — Я не могу принять такой подарок!

— Считайте его моей благодарностью за помощь. Нам такая книга ни к чему, она даже не до конца переведена, а продать экземпляр с комментариями мамы я не смогу.

Мне важно, чтобы кто-то продолжил работу в данном направлении, и её труды принесли бы плоды. 

— У нас про Вернеда Шаоасура остались только легенды. Не думал, что когда-нибудь возьму в руки свидетельство его существования, — пробормотал Биторого, прижимая книгу к себе. — Спасибо. 

—У книги была другая обложка, — призналась я. — Кто-то намеренно скрыл имя автора.