Чужой мир - мои правила

— А Перун появится, а Морена? — Загомонили вопросами возбужденные люди.

— Вам ненасытным одного бога мало? — Громко ответил кто-то любопытным горожанам, вопросом на вопрос, голосом очень похожим на Филькин. — Все вам зрелищ подавай...

***

Туман неровным покрывалом стелился по ровной как зеркало поверхности реки. Солнце едва показало оранжевый край над горизонтом, когда торжественная процессия подошла к берегу.

Две фигуры, мужская — черная, и женская — белая, с парящим над ними вороном, отделились от общей людской массы и под вздох восхищенной толпы пошли, прямо по воде, как по дороге.

Легкая рябь разбегаясь от их ног, беспокоила утренний туман, который недовольно разлетаясь в разные стороны, указывал мерцающей солнечной дорожкой путь, по которому влюбленным предстояло пройти. Всего несколько шагов и они остановились:

— Семаргл Сварожич! Велик Огнебожич!

Спали Боль-хворобу, очисти утробу,

у чада людины, у всякой тварины, устара и млада,

Ты, Божья услада. Огнём очищая, мощь Душ отворяя,

спаси чадо Бога, да сгинет хвороба.

Тебя прославляю,

к себе призываю, и ныне и присно и от Круга до Круга!

Тако бысть, тако еси, тако буди!

Стоял, подняв руки к восходящему солнцу, и пел молитву Богумир. Слава завороженно смотрела то на своего жениха, то на затвердевшую в камень под ногами воду, и тихонечко подпевала, а на берегу, в это время неистовствовала кланяясь, и молясь толпа горожан.

Внук Перуна сжал невесте зажатые в ладони пальцы, и улыбнулся:

— Ничего не бойся родная, все будет хорошо. Что бы вновь родится, надо умереть, таково правило, и нам надо ему следовать.

Только так можно исправить то, что я натворил своей глупостью. Мне больно от того, что тебе придется все это испытать, но я с тобой, и что бы не случилось, мы справимся.

Слава не ответила, а лишь посмотрела в глаза и улыбнулась. Столько добра, и столько веры было в этой улыбке, что сердце Богумира бешено заколотилось. Он сделал над собой усилие, пытаясь успокоить забушевавший в душе пожар, и сделал следующий шаг. Она уверено пошла рядом.

Вода в этот момент забурлила, и раздался веселый смех, словно сама река обрадовалась долгожданным гостям.

— Это русалки. — Прошептал Богумир, не бойся они нам помогут.

Слава лишь завороженно кивнула, ей было страшно и любопытно одновременно, и еще она понимала, что только так можно вновь стать той, прежней Славуней, стройной и пригожей. Она все сделает, так как надо. Ее жених бог, и он достоин иметь красивую жену, а не ту уродину, какая она теперь.