Чужой мир - мои правила

Он поворошил угли корявой палкой, и зло бросил ее в костер, от чего тот недовольно плюнул в темнеющее небо искрами, и сожрав угощение, вспыхнул ярче, увеличив освещенный круг. Ратмир прислушался. Идут.

Он почувствовал их еще издалека. Знакомый запах Богумира, Орона, и еще девушки. Он догадывался, кто она, но не понимал, зачем тут, война не женское дело.

Гости быстро приближались, и Ратмир встал им на встречу.

— Здравия тебе. В круг вошел внук Перуна с вороном на плече, а вот его спутница осталась стоять в тени.

— Давно тебя не видел. Ты вроде как даже постарел за это время, хотя для тебя бессмертного это выглядит странно.

— Здравствуй. — Поклонился Ратмир, и сжал протянутую для приветствия руку. — Стареть у меня не получается, сам знаешь, хотя я и хотел бы этого. Трудности видимо так отражаются на моем лице. Тревожно в лесу, смертью пахнет. Слишком много забот свалилось на плечи. — Он отступил в сторону, и махнул в приглашении рукой. — Проходи, присаживайся, поговорим, время еще есть, и спутницу свою приглашай к костру, нечего ей там в потемках сторожиться, не опасен я.

— Я не сторожусь. — Девушка нерешительно вошла в круг света. — Я, согласно обычаю предков приглашения хозяина, ожидаю.

— Похвально. — Улыбнулся оборотень. — Не многие в последнее время обычаи соблюдают. — Черные глаза пробежали по лицу и фигуре гостии. — Скромна, вежлива и красива, скажу даже: «Она божественно красива». — Хорошую ты себе жену выбрал Богумир, хоть и пришлось заплатить за это бессмертием.

— Я сам едва не упал, когда ее в новом облике увидел, Славуня, после ритуала исцеления, как бутон раскрылась, светом мне душу наполнила, цветком очарования расцвела.

Я ее и до того любил, а теперь и назвать новое состояние не могу, даже такое понятие, как «обожание», для него мало, не вмещает то, что чувствую. Думал, что видел в своей долгой жизни уже всех красивых женщин, от крестьянок до богинь, ан нет, ошибся. Все они моей Славушке, и в подметки не годятся. — Рассмеялся довольный бог.

— Завидую тебе.

Моя Беляна то же была красавицей. — Внезапно погрустнел оборотень. — Мне в свое время, не удалось умереть вместе с ней. Не теряют бессмертия нежити при союзе с людьми, не боги мы, не даровано такой благодати. Сколь не просил твою матушку, сколь не молил Рода, а все отказом оборачивалось. Не принимает меня кромка.

— Я знаю твою историю. — Нахмурился Богумир. — Скорблю с тобой, но увы, помочь не чем не могу.

— Хватит. Не время сейчас прошлое вспоминать.